Центр Изучения Современности

Centre for Modernity Studies

Теория российской коррупции конца 20-го – начала 21-го вв

Данная работа была выполнена как заявка на конкурс философских проектов на тему: «Философия государственной службы и противодействие коррупции».

 

 

«Мы не можем посадить 3/4 страны или даже больше, с коррупцией связано почти все взрослое население страны», – заявил на круглом столе в Госдуме главный советник департамента государственно-правового управления президента Валентин Михайлов. …  Михайлов призвал выработать такую установку, «чтобы тот, кто дает взятку, считался подлецом, а не героем». [1]

Предисловие-предупреждение

В настоящей работе использован определенный набор новых категорий, референсы которых достаточно четко эксплицируются из современной российской действительности, и играют существенную роль в предлагаемых моделях настоящего российского общества. К сожалению формальный язык высокого уровня, который обычно используется в академической среде для описания социальных процессов, не содержит некоторых моментов существенных для различения важных нюансов исследуемого объекта, поэтому при выборе понятий были использованы слова обыденной речи, чтобы богатство их коннотаций поддержало бы скорость понимания сущности вводимых категорий.

 

Введение

Коррупция госаппарата в настоящее время уже осознана российской высшей властью в качестве одного из основных вызовов развитию отечественной государственности. Поддерживая общественную мобилизацию для противостояния данному вызову «Российская философская газета» объявила конкурс философских проектов [2], для участия в котором и была написана настоящая работа.

 

Современная российская коррупция – явление многослойное. Соответствующие поведенческие рутины и связанные с ними социальные институты сформировались в течение последних 20-ти лет в российском общественном сознании в виде стабильного социально-психологического комплекса, который устойчиво воспроизводит себя во времени. В данной работе представлены результаты по изучению данного комплекса, а также некоторые его модели, которые позволяют сформировать набор рекомендаций, следование которым позволило бы разрушить механизмы его воспроизводства.

 

Коррупция как одно из проявлений российской социальной архаизации

Если взглянуть на всё время эволюции социальных систем, то последние две-три сотни лет активно идёт процесс рационализации социальных устоев, или, как писал М. Вебер, идёт «расколдовывание мира» [3]. Отражая это особенное качество текущего социального времени, его обычно называют Модерном, или Современностью [4]. Модерн характерен тем, что всё более и более общественных оснований и институтов получают своё обоснование с помощью разума. И это – в отличие от предыдущего этапа развития человечества – Традиции, когда социальные институты в своей легитимации опирались на различные сторонние, внеположенные человеку основания: религию, исторический успех, авторитет предков. В Современности особенно выделяется последний период – примерно пятьдесят лет, в котором плотность социальных и технических изменений стала настолько высока, что она сделала жизненный опыт старшего поколения практически бесполезным для успешного продвижения по жизни молодёжи. Очевидно, что данное качество современной жизни сопровождается значимыми социальными последствиями, поэтому имеет смысл выделить данное социальное время в отдельный этап развития человечества. Вслед за А. Гидденсом будем называть это время Поздним Модерном [5].

 

Общая теория государства при переходе от Традиции к Современности, и далее – к Поздней Современности позволяет выделить следующие основные трансформации [6]:

  • Смена типа государственной сакральности. Если в рамках поздней Традиции главный сакральный символ государства был обычно персонифицирован – как правило, им служил монарх («Государство – это я!»), то в Современности обычно происходит отделение центрального сакрального места государства от реального правителя. Правитель в общественном сознании обычно позиционируется «чуть сбоку» от сакрального места, и презентует все свои действия как исполняемые сугубо в интересах данной государственной сакральности.  Например, в США таковым центральным местом является Америка, и/или Демократия, во Франции – Республика, в СССР им были Партия, и Советское государство.
  • Смена парадигмы государственных доходов. Если в рамках Традиции государство было как правило династической корпорацией по извлечению доходов из подвластной территории, то в Современности государство уже самопозиционируется как инструмент по обслуживанию интересов общества. Соответственно в традиционном государстве жадность правящей корпорации обычно ограничивалась лишь риском восстания подданных. В Современности же государство обычно исполняет фиксированный список функций за фиксированную плату, которая целиком определяется государственным бюджетом. А бюджет в свою очередь является предметом торга между правящей командой и представителями общества, требующими от государственных управленцев эффективности (т.е. исполнения того же объема работ, но за меньшие деньги).
  • Развитие подсистем модернизации [7]. В условиях Современности резко возрастает плотность социальных и технических новшеств, что делает качество адаптации к ним общества, эффективную интеграцию данных нововведений в общественную ткань существенным фактором конкурентоспособности. Для поддержания данной деятельности в обществе Современности обычно формируется стратегическая и проектная подсистемы [8]. Так приходим к выделению еще одного качества, отличающего общество Модерна от общества Традиции – наличие социальных структур развития.

Привязываясь к обозначенным выше качествам при анализе произошедших последние 20 лет изменений в российской дествительности, можно сделать вывод, что в 90-е годы прошлого столетия произошла существенная архаизация российской государственности. Действительно, именно в течение этого времени произошли основные изменения общественной системы России к её текущему состоянию, когда сакральные государственные смыслы потеряли четкость своей привязки. Если в СССР Партия и Советское государство были четко спозиционированы в качестве общих сакральных символов, интересам которых служили и номенклатура во главе с Политбюро ЦК КПСС и Генеральным Секретарем, и все прочие политические акторы Страны Советов, то в сегодняшней России таких четко обозначенных в официальном дискурсе общих символов нет. Более того, регулярно просматриваются посылы на сакрализацию личностей нынешних лидеров страны, как косвенно-теоретические [9], так и прямые (здесь можно вспомнить множественные предложения по снятию конституционных ограничений длительности пребывания лидера у власти, введение института национального лидерства, и прочее такое, вплоть до помазания В.В. Путина на царство).

 

В этот же контекст архаизации вписывается основная тема данной работы – современная российская коррупция, которая четко показывает, что основным мотивом многих представителей правящего класса является именно что стремление к извлечению максимума дохода из подконтрольной территории, и это выражается в большой величине коррупционной ренты, которая присваивается чиновничеством. Коррупционные изъятия существуют как в форме «разворовывания бюджета», т.е. стоимость государственных услуг завышается на величину «откатов», так и в форме просто взяток, т.е. фактически дополнительного налога на общество.

 

Следует отметить, что государственный бюджет и налоговая система в процессе проводившихся реформ в принципе были сохранены (ведь во всех современных странах они есть, а чем мы хуже?) Однако напомню, что в 90-е годы основная масса крупных предприятий не платила налогов в полном объёме, откупаясь от чиновников чемоданами с деньгами, и такое положение дел всех устраивало. Реальный бюджет сводился с помощью внешних займов, которые во многом тоже шли на финансирование коррупционных «откатов», а доставшаяся от предыдущего периода развития страны социальная сфера была существенно недофинансирована. И всё это случилось буквально за несколько лет преобразования государства, которое до того имело вполне современное отношение к государственным доходам: бюджетная система функционировала по стандартам Модерна, а взятки были редки, и за них должностных лиц сажали в тюрьму.

 

В плане системы адаптации изменений следует отметить, что российскому обществу досталось специфическое наследство. Стратегическая подсистема в позднем СССР была в очень плохом состоянии, что на мой взгляд и явилось основной причиной краха коммунизма, поскольку данная подсистема не справилась с задачей обеспечения гегемонии правящей номенклатуры в процессе Перестройки. Однако состояние проектной подсистемы было вполне приличным – новые отрасли и новые города запускали с нуля и вполне успешно. В 90-е годы проектная подсистема развитого социализма была успешно разрушена реформаторами, что хорошо диагностировало исполнение национальных проектов в 00-х. При этом стихийно властями было заложено возрождение стратегической подсистемы – ведь выборы надо было выигрывать, и какую-то политику надо было проводить. Однако нельзя сказать о высоком качестве исполнения данной функции – даже в 00-х, после многих лет «тренировки», в любых столкновениях с аналогами развитых стран российские «стратеги» пока терпят фиаско.

 

Для полноты картины здесь имеет смысл отметить, что отмеченный общий поток архаизации российского общества в 00-е годы был «разжижен» модернизационной струей – часть правящего класса взяла курс на возврат страны в Модерн. При этом были достигнуты некоторые результаты: крупные предприятия вновь платят налоги, возобновилось финансирование социальной сферы, просматриваются попытки наработки культуры ведения больших техноструктурных и социо-культурных проектов. И именно этот имеющийся разрыв в устремлениях узкого слоя модернизаторов и основной массы тупо «кормящегося» чиновничества создаёт интересную интригу текущего момента, частью которой является и конкурс, на который представлена данная работа.

 

Политэкономия коррупции

Важный элемент общего взгляда на проблему может быть получен при включении в рассмотрение экономической сферы общества. Российская трансформация последних лет совершалась и продолжает идти под флагом развития капитализма, что обращает внимание на такой производственный фактор современной экономики как капитал. Под капиталом классики современной западной экономической мысли обычно понимают имущественный комплекс, который дает доход [10]. При этом капитал логически отделен от земли, от труда, от предпринимательской способности – других независимо выделяемых производственных факторов [11]. Анализ данного понимания дает важный для дальнейшего момент: под капиталом в западном интеллектуальном мэйнстриме обычно понимается материальная и инфраструктурная составляющие действующих бизнесов, а именно их клиенты, поставщики, комплектующие на складах и в операциях, оборудование, технологии, know-how, управленческие бизнес-процессы, маркетинговые стратегии, НИОКРы, требования к квалификации сотрудников, и все прочее такое. В частности бизнес в принципе не отделим от своего рынка сбыта. И, при этом, он прекрасно отделяется от государства, т.е., исходя из западного понимания,  функционирование бизнеса не должно зависеть от качества внешних по отношению к нему социальных мест [12], занимаемых его владельцами и управленцами.

 

Включение в рассмотрение данного нюанса позволяет вычленить в экономической сфере общества ряд доходных активностей, которые могут существовать лишь при поддержке «людей с положением», т.е. внешние социальные места являются ключевой частью их доходной схемы. Для подчеркивания данного различия введем в рассмотрение категорию «ино-капитал» [13]иное капитала, поскольку отнюдь не капитал лежит в основе подобных деятельностей по извлечению дохода, а именно что специфический сплав денег и «правильных» социальных мест основных ее участников и бенефициаров. [14]

 

Обратив внимание на данное качество, мы можем увидеть, что еще одним трендом Современности является всяческое устранение ино-капитала из легальных сфер жизни. В развитых странах считается хорошим тоном не «пачкать» капитал связью с ино-капиталом. Бизнес-активность социальных агентов обычно отделена от государства, так же как и функционирование экономических агентов в главной своей части осуществляется независимо от государственной власти. Государство обычно отвечает  лишь за поддержание общих правил игры в экономической сфере общества. При этом все формы извлечения доходов с использованием насилия преследуются уголовно. Также под уголовное законодательство подпадают не легализованные законом преференции, и даже использование в экономических целях имеющейся у людей инсайдерской информации. И по отношению к данному тренду российская трансформация опять же оказывается архаизацией: доля ино-капитала оказывается существенной в экономической сфере общества, причем в части крупных российских бизнесов капитал практически полностью заменен ино-капиталом, образуя такое специфическое российское образование, как Система элитного обеспечения [15].

 

Таким образом, на макроуровне описания российский коррупционный комплекс предстает естественной частью активных процессов архаизации как российской государственности, так и общественных отношений. При этом в экономической сфере он проявляется через замещение капитала баблом – специфическим «сплавом» денег и «правильных» социальных мест [16]

 

Психо-социальные особенности российской элиты

Перейдем теперь на микроуровень описания, и попытаемся определить основные механизмы российской архаизации, особенно в ее коррупционной части. Здесь имеет смысл опереться на положение, что в очень многом жизнь общества определяется его активом и элитой. Для понимания значения данных понятий, используемых в настоящей работе, необходимо вспомнить о таком важном общественном отношении, как власть (см. очерк теории власти в Приложении). Очевидно, что общество в поле власти стратифицируется с выделением слоя профессиональных управленцев – актива, тех, кем управляет актив, и кто в принципе удовлетворен своим положением – массы, а также тех, кто принципиально не согласен со своим социальным положением, определяемых для них активом общества – коагулята [17]. При этом верхний слой актива, где сосредоточено принятие основных стратегических для общества решений, будем называть элитой. Исследования современной российской стратификации [18] дают для актива долю около 8% работающего населения страны. Различного рода дополнительные оценки показывают, что к элите можно отнести менее 1% [19], а доля коагулята составляет примерно 1-2%.

 

Современный российский актив в общих своих чертах оформился во время трансформации. При этом его основу составляет бывшая советская номенклатура, к которой за годы реформ добавились ставленники социальных групп, оказавшихся «…наиболее устойчивыми в процессе слома социальной и политической структур советского общества. В их числе: бюрократия, этнические связи, новые экономические корпорации, силовые структуры, а также организованный криминалитет. Какой бы срез современных элит мы ни взяли (высший, региональный, местный) – везде доминируют и консолидируются представители и выдвиженцы названных структур[20]

 

По итогам трансформации в элитно-активных слоях российского общества сформировался интересный психо-культурный комплекс, который занял в этой страте доминирующее положение. Проведем описание данного комплекса вместе с анализом его основных компонентов и выявлением внутренней логики его генезиса. Очевидно, что в соответствии с занимаемым положением, актив дополнительно к общему пониманию того, что следует считать достойным в плане мотивации к деятельности, должен также специально определиться в своем отношении к власти, которой данные люди обладают в соответствии со своими социальными ролями. Удивительно, но в постсоветском общественном сознании из имеющегося выбора властных мотиваций для личности (см. Приложение) особое распространение и закрепление получила самая примитивная – биологическая [21], что по-видимому было обусловлено значительным влиянием криминала на общественную культуру России в начале 90-х гг. Страсть к биологическому доминированию над другими людьми получила широкое признание в общественном сознании, а любая социальная иерархия стала восприниматься людьми лишь как воплощение иерархии доминирования, то есть стала считаться изоморфной по структуре и взаимосвязям стае диких приматов (см. альфа-омега модель в Приложении). Мода на доминирование совпала с ликвидацией практик общественного целеполагания, и, оказавшись в целевом и ценностном вакууме, те, кто сумел прорваться в начальство, исключили из своей психики все остальные драйверы, кроме связанных с примитивно понимаемым личным преуспеянием. В соответствии с этим исчерпывающий список личных целей пост-советского актива может быть сформирован в виде: (1) удержаться на посту, (2) «заработать» как можно больше денег, (3) прорваться «выше». Естественно, что пытаясь показать себя «соответствующими» положению, они начинают третировать всех остальных, кто не преуспел, считая их «лузерами» и/или «лохами» [22].

 

Эта струя смешалась с другой струей «правильных» мемов [23], обеспеченных западной транзитологией [24], откуда советские западники черпали социальные смыслы для продвижения их в обществе. Новые смыслы легли на старые шаблоны. Людям было предложено «строить капитализм» (как до этого им предлагалось «строить коммунизм»). А чтобы преуспеть в том, им было предложено «талмудить» западные учебники (как до того им предлагалось «талмудить» «кирпичи» марксизма-ленинизма). Так какие же мемы были «втянуты» нашим активом с Запада в дополнение к «доморощенному» био-доминированию? Во-первых, это положение неоклассической экономической теории о «невидимой руке рынка», которое сняло все вопросы об общественном целеполагании, и послужило оправданием для государства сбросить свои обязательства перед обществом, и стать предоставленным самому себе. Во-вторых, это вульгарно-марксистское представление о капитале как о больших деньгах, которое совместилось с вульгарно-веберовским тезисом о неуемном стремлении к успеху как духе капитализма [25], и дало на выходе представление об ино-капитале (синтезе общественного успеха и денег) как самом настоящем капитале – цели лидерской деятельности в капиталистической среде. 

 

Следующий элемент – модель «человек экономический» неоклассической экономической теории [26]. Данная модель основана на положении, что каждый человек при принятии решения перебирает различные варианты своих действий, выбирая из них тот, который соответствует максимуму его личной функции полезности. По большому счету данная модель исключает творчество и волю, ибо в ней человек перебирает для оптимизации лишь уже известные стратегии, цена которых хорошо просчитана. Реальным прототипом данной модели были биржевые брокеры и купцы, профессионализм которых обеспечивался знанием ими котировок цен товаров на различных рынках, чего было вполне достаточно для успешного ведения бизнеса с целью максимизации прибыли. Так деньги стали естественным выбором наших «капиталистов» для своей целевой функции полезности, что опять же хорошо и целостно замкнулось на представлении ино-капитала в качестве основной жизненной ценности.

 

И действительно, ино-капитал («бабло») занял центральное место в системе ценностей значительной части российского актива, породив тот самый жизненный стиль, который получил название «гламур».  Данная ценность царит в мире гламура, покоясь на базовых структурах биологического доминирования, абсолютного эгоизма, пассивной рациональности оптимального выбора, целью которого является опять же приумножение «бабла». В таком своем центральном положении ино-капитал естественным образом приобретает сакральные черты, создавая основания для культа «золотого тельца».  Смешиваясь с расистской сутью структур био-доминирования, бабло становится «магической субстанцией» [27], которой одной лишь дано право превращать двуногих жителей страны в людей. Те же, кто без бабла, – те лохи. А лохам – «место у параши» [28].

 

Развернем внутреннюю логику данного конструкта чуть более подробно. В отсутствии активного целеполагания вне сферы денег мироощущение человека немедленно скукоживается до того, что можно определить словом «парашецентризм» [29]. Ведь это достаточно очевидно, что лишь наличие позитивных жизненных целей, личное участие в каком-то жизненном проекте, задает личности ее «направление вперед», то, куда ей следует стремиться в социальном плане. Без таких личных целей у человека остается только ощущение «сзади»: «сзади» – это там, где остались те, кто не преуспел в этой жизни, где сгрудились лузеры и лохи, где находится жизненная «параша». Соответственно главным жизненным мотивом для такого человека становится удалиться от «параши» как можно дальше. Так «параша» превращается в центр координат его мира, и возникает естественный синтез с упомянутым культом «золотого тельца»: чем больше у человека денег, тем дальше он от этого начала социальных координат.

 

Становится также понятным, почему сами деньги не могут задать для человека социальное направление «вперед»: ведь деньги слишком универсальны для этого. Слишком много жизненных путей может привести к богатству. Поэтому и остается четко определенным в мире гламура лишь положение исходной точки, того места, где существуют двуногие без денег.

 

Так и получается, что уйти от «параши» как можно дальше – стержень всей жизненной мотивации людей «золотого тельца». При этом само социальное направление к «параше» задается широко распространившимся в 90-х годах словом «лох». Ядром всех личностных конфликтов в этой среде обычно является выяснение факта, кто из спорящих ближе к «параше», кто их них больший лох.

 

Интересно, что понятие «лох» не имеет антонима. Так еще раз семантически подчеркивается, что в этом мире нет положительного направления. Жизненный успех определяется только отрицательным направлением. Главное, оказаться как можно дальше от «параши», причем даже в географическом плане. Наиболее ценимым жизненным результатом является особняк в Лондоне, и/или вилла в Марбелье. Однако, символично и то, что лазурные берега Антиба, или сверкающие вершины Куршавеля могут вдруг оказаться парашей города Лиона [30]. Мир «параши» цепко держит своих избранников, и не отпускает их далеко.

 

Представленный психо-социальный конструкт обладает еще одним общим свойством:  все его основания являются внеположенными человеку и группе, «взятыми на веру» от «авторитетов» без должной рефлексии. Т.е. представленное мировоззрение является именно что традиционалистским, не соответствующим Современности. Так из нашей социальной реальности проявляется основной драйвер текущей российской архаизации – доминирующая элитная идентичность страны [31].

 

Следствием выявленных и описанных выше элитных установок в экономике является сверхэксплуатация массы активом. Рассмотрим, как делился «общественный пирог» в России за время трансформации. Из данных, приведенных в таблице ниже, видно, что в редкие годы доля зарплат людей превышала 50% ВВП.  Для сравнения можно привести данные по США за 2005 г.: домохозяйствам в том году перепало 75% ВВП, предприятиям – 17%, бюджету – 8%. Тем самым можно зафиксировать положение, что население России в течение всего периода трансформации было существенно недофинансировано по сравнению с населением западных стран [32]. Чего не скажешь о той части ВВП, которая представляет собой прибыль корпораций [33]. И даже рост зарплат на более чем 10% в год в реальном исчислении, наблюдавшийся в 00-х, как это видно из данных Табл., являлся лишь компенсацией того изъятия части «пирога», которое было произведено буржуазией у населения во время предыдущего кризиса (1998-99). Причем, – не полной компенсацией. По результата текущего кризиса по-видимому следует ожидать аналогичного изъятия.

 

Табл. Структура ВВП по источникам доходов (в процентах к ВВП) [34].

 

  1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001
Валовой внутренний продукт 100 100 100 100 100 100 100
в том числе:              
оплата труда наемных работников (включая скрытую) 45,4 51,0 51,3 48,1 40,1 40,2 43,0
чистые налоги на производство и импорт 11,9 14,2 15,2 16,0 15,7 17,1 15,7
валовая прибыль экономики и валовые смешанные доходы  42,7 34,8 33,5 35,9 44,2 42,7 41,3
               
  2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008
Валовой внутренний продукт 100 100 100 100 100 100 100
в том числе:              
оплата труда наемных работников (включая скрытую) 46,7 47,1 46.0 43.8 44.5 46.2 45.6
чистые налоги на производство и импорт 17,0 16,0 16.8 19.6 20.0 18.8 20.2
валовая прибыль экономики и валовые смешанные доходы  36,3 36,9 37.2 36.6 35.5 35.0 34.2

  

Недофинансированность населения является одной из причин низкой гражданской активности массы – у людей просто напросто нет ресурсов отстаивать свои права, ни денежных, ни временных.

 

Другим следствием такого «раздела пирога» является наличие достаточных средств у бизнеса не только для демонстративного расточительского потребления, но и для установления специальных отношений с властью. Т.е. наличествующая в России сверхэксплуатация населения является катализатором преобразования капитала в ино-капитал, и тем самым служит основным источником коррупции.

 

В обще-социальном плане «парашецентризм» (точнее расистская его струя) задает ту самую высокую степень поляризации на элитной границе, которая обеспечивает элитный отрыв от общества [35]. Население считает элиту замкнутым сообществом, которое трудно достижимо для человека, рожденного вне данного слоя. При этом люди одновременно отказывают элите в своем доверии: «На вопрос, соответствует ли нынешняя элита задачам, стоящим перед страной и обществом, только 3% отвечают твердое “да”, еще 14% считают, что «элита скорее соответствует». Зато 70% россиян придерживаются обратной точки зрения.» [36]

 

«Нынешняя российская элита не выдерживает сравнения со старой советской. По мнению 42% россиян, за пятнадцать лет она изменилась явно в худшую сторону, обратного мнения придерживаются только 17%. При этом почти все позитивные качества в восприятии россиян были скорее присущи старой советской элите, а почти все негативные – скорее нынешней.


Вот набор ведущих качеств, которыми россияне характеризуют советскую элиту: патриотизм, озабоченность судьбой страны (57%), ответственность перед страной, народом (39%), трудолюбие, работоспособность (34%), образованность, профессионализм (30%). А вот набор, характерный для элиты нынешней: корыстолюбие, склонность к коррупции (44%), безответственность, склонность ставить личные интересы выше общественных (41%), космополитизм, презрение к интересам своей страны (39%), лень, зазнайство (27%).


Пожалуй, только в одном позитивном качестве нынешняя элита в сознании граждан несколько превосходит советскую — в энергичности, инициативности (соответственно 30% против 21%). Да и то, судя по остальным оценкам, инициативность элиты нынешней направлена отнюдь не во благо страны.


Интересы нынешней элиты и нынешнего российского общества не только не совпадают, но и не могут совпадать в принципе. Так считают 44% опрошенных. Только 6% считают, что интересы эти в целом совпадают.
» [37]

 

Так становится понятной основная причина отчуждения массы от государства и элиты, ведущая к высокой степени аномии населения, одним из следствий которой и является непротивление людьми своей вовлеченности в противоправные коррупционные действия властей [38]. Что касается элиты страны, то она «висит в воздухе», «держась за крюк» В.В. Путина и его команды, с которыми одними население связывает свои надежды хоть на какое-то будущее для себя и своих детей.

 

Возможные социальные действия в плане выправления ситуации

которые следуют из представленных моделей, можно сформулировать следующим образом:

  • Возрождение общественного целеполагания – позволит вновь наполнить смыслом понятие общественная эффективность [39]. Это напрямую даст эффект «измеримости» качества работы бюрократии, и позволит осмысленно отсеивать неэффективных во время ротации. С этим же связано одно из условий по ограничению / ликвидации «парашецентризма». В этом же месте ключ по превращению государства из бюрократической «самоценности» обратно в аппарат по обслуживанию общества [40].
  • Ротация бюрократии (и элиты в целом), набор на освободившиеся посты лучших, вывод в «отстойники» худших. Организация кадровой работы очень важна, но без формализации эффективности (см. предыдущий пункт) не имеет смысла. Здесь же находится пункт по созданию работающих социальных лифтов, поддерживаемых реальными историями личного успеха [41].
  • Продолжение давления на капиталистов в плане роста зарплат. Смещение общих доходов экономики в сторону домохозяйств имеет три важных следствия. Во-первых, снижение реальной нормы прибыли подключит буржуазию к борьбе с коррупционными изъятиями из бизнесов, ибо ей нечем станет делиться с бюрократией. Во-вторых, у массы появятся ресурсы для борьбы за свои права, что создаст объективные предпосылки для ограничения общественной аномии. В-третьих, рост внутреннего рынка создаст условия для развития внеолигархического предпринимательства, что увеличит влиятельность в обществе реального капитала, и усилит поддержку его борьбы с ино-капиталом, а также создаст новые низовые центры субъектности для гражданской активности.
  • Самоограничение Системы элитного обеспечения. Ликвидация рейдерства, как Системного и около Системного (губернаторского), так и «дикого». Освобождение российского капитала от риска криминального захвата – это лишит капиталиста смысла идти «под крышу» «сильных мира сего», и увеличит шансы на подключение его к борьбе с коррупцией.
  • Активизация работы по построению национального консенсуса, ибо только создание нации позволит полностью избавиться от общественной аномии. Именно здесь лежит ключ к ликвидации отчуждения массы от государства и от элиты. Основные принципиальные пункты национального строительства: деконструкция элитной границы, делохизация массы и отделение этнических вопросов от политики.
  • Отработка центров репликации и распространения «враждебных» мемов с целью ликвидации их воспроизводства. Основные мемы, на которых следует сосредоточиться в первую очередь, следующие. Во-первых, это криминальная группа мемов (био-доминирование, бабло). Во-вторых, это мемы «вульгарного веберизма» и «вульгарного марксизма» (капитал – это деньги, бытие определяет сознание), а также неоклассической экономической теории («невидимая рука рынка», «человек экономический»). Деконструкция данных мемов в массовом общественном сознании представляется обязательной, если нам действительно хочется хоть в каком-то варианте восстановить в правах меритократию, а также восстановить жажду свершений в качестве основного личностного драйвера.
  • Продвижение в элите и нации принципов  меритократии. Пропаганда соответствующего стиля жизни, создание соответствующей мифологии, а также – историй успеха.
  • Поддержание эффективного социального нормотворчества. Это то, что имел в виду В. Михайлов во фразе, вынесенной в эпиграф. Т.е., например, добиться того, чтобы взятки стали бы «неудобными» для людей по моральным основаниям [42].

 

 Ссылки и комментарии


[1] Администрация президента обещает доработать… // Полит.ру (Сетевое издание), Новости, 21.04.2009. URL: http://www.polit.ru/news/2009/04/21/mihailov.popup.html (Дата обращения: 22.04.2009). 

[2] Конкурс философских проектов. // Российска философская газета (Сетевое издание). URL: http://www.philgazeta.ru/news/konkurs.11.2008.php (Дата обращения: 18.04.2009).

[3] Вебер (Weber) Макс (Карл Эмиль Максимилиан). // Современная западная философия: Словарь / В.С. Малахов, В.П. Филатов. М.:Тон, 1998. 544с.

[4] См., например, описание концепции Современности в книге: (Капустин Б.Г. Современность как предмет политической теории. М.: РОССПЭН, 1998. 308с. (URL: http://shulenina.narod.ru/Polit/kapustin/sovremennost/contents.html (Дата обращения: 18.04.2009)), или в книге (Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. М.:«Весь Мир», 2003. 410с.).

[5] Фурс В.Н. «Критическая теория Позднего Модерна» Э. Гидденса. URL: http://www.nir.ru/sj/sj/sj1-01furs.html (Дата обращения: 18.04.2009). Данное социальное время еще иногда называется Другим Модерном (У. Бек), Текучим Модерном (З. Бауман), Постмодерном (Ж.-Ф. Лиотар).

[6] Частично данные трансформации рассмотрены в работе: (Крупкин П.Л. Российская государственность: Основные тренды на конец 2008 г. // Полярная Звезда (Сетевое издание), 23.11.2008. URL: http://www.zvezda.ru/politics/2008/11/23/statehood.htm (Дата обращения: 18.04.2009). См. также работу: (Волков В. Трансформация российского государства после 2000 г. Лекция. // Полит.ру (Сетевое издание), 02.04.2009. URL: http://www.polit.ru/lectures/2009/04/02/estado.html (Дата обращения: 18.04.2009).

[7] В рамках данной работы я под модернизацией следом за Б.Г. Капустиным буду понимать устойчивое и успешное существование общества в условиях Современности. См., например, книгу: (Капустин Б.Г. Современность как предмет политической теории. М.: РОССПЭН, 1998. 308с. (URL: http://shulenina.narod.ru/Polit/kapustin/sovremennost/contents.html (Дата обращения: 18.04.2009)).

[8] Более подробно подсистемы общественного развития описаны в работах: (Крупкин П.Л. Пора говорить о свободе по-русски. // Полярная Звезда (Сетевое издание), 13.09.2008. URL: http://www.zvezda.ru/antrop/2008/09/13/svoboda.htm  (Дата обращения: 18.04.2009) и Крупкин П.Л. Российская государственность: Основные тренды на конец 2008 г. // Полярная Звезда (Сетевое издание), 23.11.2008. URL: http://www.zvezda.ru/politics/2008/11/23/statehood.htm (Дата обращения: 18.04.2009)). При этом стратегическая подсистема отвечает за мониторинг и поддержание актуальности общественных «богов» (т.е. всего того, что связано с удовлетворенностью общественного сознания – ценности высшего порядка, институты, психо-социальные установки людей). Она также отвечает за распознавание и отработку различного рода вызовов текущему положению дел, и за планирование социальных проектов. Проектная подсистема ответственна за своевременное внедрение намеченных «стратегами» социальных изменений в жизнь общества.

[9] См., например, работу (Сурков В.Ю. Русская политическая культура. Взгляд из утопии. // Русский журнал (Сетевое издание), 15.06.2007. URL : http://russ.ru/pole/Russkaya-politicheskaya-kul-tura.-Vzglyad-iz-utopii (Дата обращения: 18.04.2009)), где автор (заместитель главы Администрации Президента РФ) прямо объявляет персону лидера социальным институтом.

[10] См., например, работу: (Маршалл А. Принципы экономической науки. М.: Прогресс, 1993. 594с.).

[11] Заметим, что марксизм ограничивает свое рассмотрение лишь классическими производственными факторами Ж.-Б. Сэя (земля, труд, и капитал), и исключает из рассмотрения четвертый фактор – предпринимательскую способность, которую многие западные исследователи признали достойной включения в классический список после работ Й. Шумпетера.

[12] Понятно, что каждый бизнес порождает свои собственные социальные места, которые целиком определены только лишь данным бизнесом. Тут имеются в виду именно что другие социальные места, те места, которые расположены вне бизнеса, и которые в частности будут продолжать существовать и при ликвидации бизнеса.

[13] В современном российском экспертном и публицистическом дискурсе для данной категории иногда используется термин из российского элитного и около-элитного жаргона – «бабло».

[14] Исторический анализ показывает, что ино-капитал развивался в мире паралелльно капиталу. При этом если развитие капитала было связано именно что с развитием производительных сил общества, и концентрировалось в ремесленных и торговых низах, то развитие ино-капитала было связано главным образом  с обслуживанием финансовых нужд верхов. Именно оборот ино-капитала может быть распознан в качестве основы деятельности средневековых откупщиков налогов, поскольку без поддержки силовой составляющей государства такая деятельность не могла бы осуществляться. Сюда же примыкает деятельность кондотьеров – руководителей отрядов наемников, а также крупных ростовщиков.  В Современности ино-капитал лежит в основе многих мафиозных «бизнесов», как в чистом виде (рекет, разрешение конфликтов), так и в форме значительной примеси к капиталу (проституция, торговля наркотиками). И успешность многих хедж-фондов, инвестировавших в развивающиеся страны, часто определялась именно что задействованным в их бизнес-схеме ино-капиталом: в кризисных ситуациях приходил МВФ и давал стране деньги, обязывая ее расплатиться с данными «инвесторами». О формах присутствия ино-капитала в современной американской экономике – см., например, статью: (Джонсон С. Тихий переворот. // Русский журнал (Сетевое издание), 13.04.2009. URL: http://www.russ.ru/pole/Tihij-perevorot (Дата обращения: 23.04.2009).

[15] Система элитного обеспечения – хозяйственный комплекс, созданный в основном из бывших советских активов, который служит для ресурсообеспечения российской элиты. Более подробно о Системе – см., например, работу (Крупкин П.Л. Российская государственность: Основные тренды на конец 2008 г. // Полярная Звезда (Сетевое издание), 23.11.2008. URL: http://www.zvezda.ru/politics/2008/11/23/statehood.htm (Дата обращения: 18.04.2009).  Ядром Системы являются успешные экспортные отрасли (нефтегазодобыча, металлургия, вооружение, атомная промышленность) и транспорт. Однако «было объявлено», что любой бизнес, который перерастает определенные пределы (т.е. становится потенциально политически влиятельным), будет включаться в Систему. Подобное «включение» осуществляется соответствующими Системными рейдерскими структурами.

[16] В результате высокой доли бабла в какой-либо рыночной нише капитал уже не может там конкурентно функционировать, что вынуждает независимые бизнесы либо искать соответствующую «крышу», либо уходить с рынка.

[17] Подобное расширение теории элиты было предложено в работе: (Крупкин П.Л. Вновь о нации и о ее структуре. // АПН (Сетевое издание), 04.04.2007. URL: http://www.apn.ru/publications/article16832.htm (Дата обращения: 18.04.2009)).

[18] См., например, журнал: (Эксперт, 2005, №19 (466), 23-30.05.2005. URL: http://www.expert.ru/printissues/expert/2005/19/ (Дата обращения: 18.04.2009)) или книгу: (Тарусин М.А. Реальная Россия: Социальная стратификация современного российского общества. М.: Эксперт, 2006. 680с). См. также обсуждение исследования: (Тарусин М.А. Средний класс и стратификация российского общества. Лекция. // Полит.ру (Сетевое издание), 2.02.2005. URL: http://www.polit.ru/lectures/2005/02/02/mid.html (Дата обращения: 18.04.2009) и Фадеев В.А. Средний класс = 25%. Интервью. // Полит.ру (Сетевое издание), 29.10.2007. URL: http://www.polit.ru/analytics/2007/10/29/srednijk.html (Дата обращения: 18.04.2009)).

[19] См., например, результаты всероссийского опроса общественного мнения, который был проведен ВЦИОМ 6-7 августа 2005 г. Опрошен 1591 человек в 153 населенных пунктах 46 субъектов РФ. Погрешность не превышала 3,4%. Результаты опубликованы в статье: (Бызов Л. Кем богаты – тем не рады. // Время Новостей, №154 от 24.08.2005. URL: http://www.vremya.ru/print/132661.html (Дата обращения: 18.04.2009)).

[20] Цитата из статьи: (Понеделков А.В., Старостин А.М. Современные российские элиты: особенности генезиса, взаимодействия и позиционирования во власти. // Политическая наука. 2004. № 1. С.119-138. URL: http://www.polit.ru/research/2004/03/24/polit_studies.html).

[21] Крупкин П.Л. Мем доминирования: К проекту архаизации России. // АПН (Сетевое издание), 25.03.2008. URL: http://www.apn.ru/publications/article19550.htm (Дата обращения: 20.04.2009).

[22] «Лузер» – от англ. looser – неудачник. «Лох» – слово из уголовного жаргона, обозначающего недотепу – идеальный объект мошенничества.

[23] Мем – структурная смысловая социо-культурная единица. Например, мемами могут быть значения слова – понятия, поведенческие паттерны, смысловые шаблоны. Мемы были введены Р. Докинзом по аналогии с генами (биология), чтобы представить изменения в общественном сознании через «поток мемов», их репликацию и распространение по обществу.

[24] Транзитология – дисциплина, получившая распространение в основном в англосаксонских странах, предметом которой являются общие моменты, имеющие место при переходе (транзите) социальных систем «к демократии и рынку».

[25] Подобное представление может быть почерпнуто при несколько искаженном понимании работы: (Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. URL: http://www.kara-murza.ru/books/Veber/index.html (Дата обращения: 22.04.2009)).

[26] Крупкин П.Л. «Человек экономический»: похождения одного мема. // АПН (Сетевое издание), 07.12.2007. URL: http://www.apn.ru/publications/article18641.htm (Дата обращения: 22.04.2009).

[27] Белковский С.А. Россия против Запада: война, религия, любовь. // АПН (Сетевое издание). 23.06.2008. URL: http://www.apn.ru/publications/article20160.htm (Дата обращения: 22.04.2009).

[28] Здесь используются слова и коннотации из жаргона криминального мира, представители которого обильно пополняли ряды российского актива в 90-е годы. В частности, слово параша – обозначает отхожее место в тюремной камере, которое в то же время выполняет роль статусного анти-центра живущих в камере группы заключенных. Статусным же центром группы является наиболее удобное место (часто – место около окна), и находящиеся в камере располагаются в полном соответствии со своими статусными рангами, так что низкостатусные в данной среде люди получают свои места «возле параши».

[29] См., например, статьи: (Крупкин П.Л. “Параша” – как центр мира гламура. // На злобу (Сетевое издание). 02.03.2007. URL: http://www.nazlobu.ru/publications/article1529.htm (дата обращения: 07.02.2009); Крупкин П.Л. Парашецентизм как идеология российской элиты. Опыт скана современного элитного психотипа. // АПН (Сетевое издание). 27.06.2008.  URL: http://www.apn.ru/opinions/comments20195.htm (Дата обращения: 07.02.2009)).

[30] Здесь содержится намек на случай с российским милиардером А.М. Прохоровым, который был взят под арест французскими властями во время своего ежегодного «катания на лыжах» в Куршавеле (Франция) по обвинению в организации проституции. Некоторые представительницы веселой кампании олигарха привлекли внимание французской полиции.

[31] Аналогичное заключение можно сделать и по отношению людей, запустивших процесс архаизации России. Советские западники в своих основных посылах также принимали многие установки, заимствованные ими с Запада, без какой-либо рефлексии. Фактически их структура восприятия мира была отнюдь не модернистской, а вполне себе традиционалистской и талмудической.

[32] См. работы: (Крупкин П.Л. В защиту труда. // АПН (Сетевое издание), 23.12.2008. URL: http://www.apn.ru/publications/article21180.htm (Дата обращения: 13.04.2009), и Крупкин П.Л. Не препятствуйте росту зарплат! // Русский журнал (Сетевое издание), 23.12.2008. URL: http://www.russ.ru/pole/Ne-prepyatstvujte-rostu-zarplat! (Дата обращения: 13.04.2009)).

[33] Следует отметить, что приведенные данные совершенно не отражают результатов «эффективного управления денежными потоками», которое обычно осуществляются с помощью фиктивных сделок, т.е. маскируются в затратной части финансовой отчетности предприятий. На самом деле доля буржуазии в распределении ВВП выше, чем это представлено в приведенной таблице.

[34] Таблица представляет собой данные Госкомстата России (URL: http://www.gks.ru/bgd/free/b01_19/IssWWW.exe/Stg/d000/i000360r.htm (Дата обращения: 13.04.2009)) и (URL: http://www.gks.ru/bgd/free/b01_19/IssWWW.exe/Stg/d000/i000860r.htm (Дата обращения: 13.04.2009)). При этом следует отметить некоторое расхождение в данных за 2002-04 гг., соответственно в представленную в тексте таблицу были взяты цифры из второго (более «свежего») источника.

[35] См., например, статью: (Бызов Л. Кем богаты – тем не рады. // Время Новостей. 2005. №154. 24.08.2005. URL: http://www.vremya.ru/print/132661.html (дата обращения: 22.04.2009)), где обсуждаются данные опроса ВЦИОМ августа 2005 г. В частности, в статье говорится о высоком барьере входа в элиту: «Что нужно человеку, чтобы оказаться в элите российского общества? С огромным отрывом лидируют такие факторы, как наличие денег (75%) и связи во властных структурах (56%). Гораздо меньшее значение, с точки зрения россиян, имеют энергия, предприимчивость, талант, высокая квалификация (20%). Хотя среди высокодоходных групп населения, а также молодежи и людей с высшим образованием высока доля тех, кто прежде всего настроен обратить внимание на личные качества потенциального члена элиты, а не на его зажиточность. // У российских граждан сложилось представление об элите скорее как о замкнутом сообществе, даже касте, куда простым людям не пробиться (так полагают 59% опрошенных; альтернативного мнения придерживаются 38%). Зато личные качества, даже самые выдающиеся, для принадлежности к элите имеют существенно меньшее значение (33%), чем связи и происхождение (64%). Во многом такое отношение воспроизводит и отношение к советской элите, также превратившейся в замкнутое номенклатурное сословие.»

[36] Там же.

[37] Там же.

[38] См. относительно «свежее» свидетельство в статье: (Самоваров А. Страна бомжей. Или – нас не догонят! // АПН (Сетевое издание), 21.04.2009. URL: http://www.apn.ru/publications/article21549.htm (Дата обращения: 22.04.2009)).

[39] Напомню, что общественная эффективность – это способность социального агента достигать поставленных целей с затратами ниже, чем средние по референсной группе.

[40] Следует отметить, что в этом направлении высшая власть уже предприняла некоторые шаги. Принята общая программа развития страны («Концепция 2020»), но пока без этапов и распределения ответственности.

[41] Здесь тоже заметны кое-какие действия. Во-первых, введены в практику показатели работы губернаторов. Так что ждем естественного логического продолжения – начала увольнения «худших». Во-вторых, открыты программы отбора и подготовки перспективных кадров («Президентская тысяча», и др.), и дело осталось за реальными историями успеха этих людей.

[42] Следует заметить, однако, что возрождение социального нормотворчества – это отдельная большая задача. С наброском возможного варианта соответствующего проекта можно, например, ознакомиться по данной ссылке: (URL: http://kroopkin.livejournal.com/121869.html (Дата обращения: 26.04.2009)).

 

(Автор: П.Л. Крупкин)


Оставить комментарий:

Captcha

Ваше имя:
E-mail: