Центр Изучения Современности

Centre for Modernity Studies

Практики культа предков в постсоветской России

 

Доклад 18 апреля 2012 года на Второй Российской научной конференции с международным участием «Социология религии в обществе Позднего Модерна», г. Белгород

 

Введение

Текущая фаза развития российского общества характерна ростом вовлеченности населения страны в религиозную жизнь [Кублицкая, 2009; Синелина, 2004, с.159-162]. Наблюдаемый массовый возврат людей к религиозным практикам имеет ту особенность, что для многих из них такое «расширение горизонтов своей жизни» происходит по результатам зрелого размышления и достаточно сознательного выбора [Лебедев, 2010]. Наряду с этим основным трендом, в российском обществе проявляются и другие не менее интересные элементы религиозных практик, которые к тому же часто бывают малоосознаными как самими людьми, так и изучающим наличествующий социум ученым сообществом. К числу таких практик можно отнести то, что проявляется в производстве «многочисленных букв» политического Рунета [1] – жарких обменах мнениями завсегдатаев виртуальной жизни по различным политическим вопросам страны и мира. Анализ словесных баталий политического Рунета показывает, что поведение участников достаточно хорошо описывается и моделируется в понятиях «культа предков» [Kroopkin, 2010]. При этом наличествующее многообразие активных «племен» образуют несколько больших групп, каждая из которых представляет достаточно целостную политическую коллективную идентичность.

 

Настоящая работа представляет результаты повторного анализа политического Рунета на конец 2011 – начало 2012 с применением понятийного аппарата описания «культа предков», наработанного в антропологии. Первая работа была выполнена в 2009-2010, и результаты ее были отражены в докладе [Kroopkin, 2010].

 

Изучаемая социальная страта

Политический Рунет не очень многочисленен. Недавнее обследование данной социальной страты показало, что в нем насчитываются примерно 1 тыс. производителей информационного контента, и примерно 10 тыс. активных комментаторов / ретрансляторов [Фадеев, 2012]. С другой стороны, в данную страту включены практически все работники средств массовой информации (СМИ) и практически все «говорящие головы» телевидения. Выборочный контент-анализ не выявил ни одной позиции из отраженных в СМИ, которая не была бы представлена в полит-Рунете, и в то же время многие позиции политического Рунета не имеют своего отражения в массовых СМИ. К тому же становится все больше и больше событий, когда поднятые в Рунете информационные «волны» завершаются конкретными действиями решающих лиц государства.

 

Другими словами, несмотря на немногочисленность полит-Рунета он занимает существенный объем идеосферы общества, особенно в той ее части, которая завязана на внутреннюю политику государства. К тому же активные группы полит-Рунета зачастую представляют существенно более многочисленные, но «молчащие страты общества – многие позиции виртуального мира вполне видны в опросах общественного мнения, проводимых по репрезентативным выборкам ведущими социологическими организациями страны.

 

Результаты исследования и их обсуждение

Нескончаемость обменов мнениями в жарких политических спорах и ярко выраженная повторяемость таких обменов несмотря на отсутствие каких-либо видимых результатов дискуссий указывает на ритуальную природу данных обменов. Фактически люди участвуют в жарких спорах не для понимания позиции другой стороны и попыток сближения позиций в плане делиберативной выработки приемлемого консенсуса, а для уязвления «противника», для гордого пронесения своего «флага» как можно ближе к «негодующим врагам», для попрания их «тотемов» и ценностей. Т.е. наблюдается подобие политических споров Рунета с ритуалами первобытных племен, что также подчеркивается и содержанием исторической части обменов, которая обычно сводится именно что к «оплевыванию» исторического мифа «противника», «вытиранию ног» о представителей их героического пантеона. [2]

 

При этом существенным для идеологических баталий в Рунете является именно что превалирование «прошлого» над «будущим» – хоть какие-либо целостные представления о будущем у политических бойцов Рунета отсутствуют напрочь. Зато в их историческом мифе достаточно четко прощупывается «золотой век», когда их «предки рулили», и к тому же «успешная активность человека» представляется именно что в виде «вознесения хвалы» своим предкам, совмещаемым с «поруганием» предков конкурирующих групп, особенно тех, кто неправомерно «перехватывает дары». [3]

 

Наиболее многочисленные группы «борцов» Рунета составляют «западники», «советские», «имперцы», «охранители». Существуют также и другие участники полит-боев, которые однако значимо менее «влиятельны» по сравнению с перечисленными выше. [4] Рассмотрим некоторые характеристики выделенных групп:

 

«Западники» Рунета представляют очень влиятельную группу в медиапространстве страны. Фактически это они лидируют в формировании повестки дня идеосферы общества – все остальные группы обычно лишь только «отстраиваются» от пунктов общественного обсуждения задаваемого «западниками». К тому же «западники» Рунета являются «верхушкой айсберга» достаточно мощного в социальном плане сообщества, составляющего среди прочего и существенную часть отечественного истеблишмента. Основную отличительную ценность «западников» составляет западная модель социального государства, которая является образцом для того, что надо сделать в России. И это естественным образом дополняется приверженностью на словах ценностям западного мира.

 

Наиболее активным в Рунете является то крыло «западников», которое можно назвать словом «либинтерн». Именно его представители в Рунете действуют в хорошем соответствии с моделью «культа предков». «Золотой век» «либинтерна» расщеплен между 20-ми и 90-ми годами XX-го века. Особенно сильно это «племя» переживает по поводу предков 20-х годов, которые хоть и «взяли Россию» в гражданской войне, но были повержены «плохишом» Сталиным, «растоптавшим» их «рай на земле». Потому время триумфа анти-сталинизма, 90-е годы XX-го века, эти люди также включают в свой «золотой век», несмотря на значительные издержки этого времени и для их группы тоже. Соответственно лидеры реформ, как «корчеватели» советского коммунизма, включены в их пантеон.

 

Представители «либинтерна» настолько обожествляют условный «Запад», что они добровольно назначают себя в охрану этого «светлого града на холме» от разных «орков с Востока». Элитизм «либинтерна» доходит до явного и публичного самоотделения группы от прочих «быдла», «гопоты», «анчоусов», населяющих Россию. [5] И естественно, что «эта страна», «страна рабов» (характерные мемы для представителей «либинтерна») не заслуживает никакого снисхождения в ее преобразовании к западным стандартам.

 

В последнее время в стане «западников» стало заметным крыло, которое включило в свои ценности и Россию. «Золотой век» этой группы связывается с последним периодом романовской империи, временем бурного развития в России капитализма. Представители данной группы не отделяют себя сильно от народа страны, часто заявляя о желаемости и полезности наличия в стране единой для всех национальной идентичности. Эта группа пока еще малочисленна, но ее влиятельность растет – как за счет «патриотической» части политического спектра, так и за счет либинтерновской периферии.

 

«Советские» бойцы Рунета представляют тех, кто исходя из опыта реформ последних 20-ти лет вдруг осознал, что в советском социальном порядке было много хорошего. Будучи отставленными реформаторами от главной струи распределения бенефиций, они возненавидели и «западников» в целом, и «либинтерн» в особенности, и начали отстраивать свою систему ценностей как «анти-западничество». «Все хорошее» советского социального порядка позволило им локализовать свой «золотой век» внутри советского периода, что с учетом исключения тех периодов, которые «были милы» «либинтерну», дало 30-е и 70-е годы XX-го века. [6] Понятно, что центральным предком «советских» был избран тот, кто сокрушил предков «либинтерна» – И.В. Сталин. Ценностный ряд и историческая мифология выстраивается вокруг главных достижений советского времени – Победы в войне, Космоса, Атомной бомбы. При этом 70-е вдруг стали в их мифотворчестве тем самым «раем», из которого они были изгнаны из-за «предательства» М.С. Горбачева.

 

Тут интересна следующая структура, угадывающаяся в глубине мифологии «советских»: «изгнание из рая» произошло из-за того, что предки «советских» были обесчещены «либинтерновскими», и потому пресекся «поток даров из прошлого». Соответственно, чтобы поправить дело, надо «замолить грехи» перед предками, восстановив как их «доброе имя», так и «поток даров», – и только так можно вернуть себе утерянный «рай». [7]

 

Сознание «советских» очень сильно «замешано» на конспирологии, потому они всегда в борьбе с «мировым правительством», чьими эмиссарами в России без всякого сомнения являются представители «либинтерна». Ибо не мог «либинтерн» один превозмочь магию Сталина (раз предки их проиграли – то и им выиграть не было дано), потому очевидно, что без вмешательства Ротшильда и/или Рокфеллера не обошлось…

 

В «имперцы» самоопределились те рунетовские бойцы анти-либинтерновского фронта, которым не особо любы советские порядки. «Великая миссия России», «Россия – это отдельная цивилизация», «Империя – это пространство, покоренное духом», «Духовность России» – это базовые мемы / ценности данного отряда «солдат» Рунета. В своем оппонировании «либинтерну» «имперцы» избрали себе для окапывания Традицию: «Просвещение завершилось», «Прометей повержен», etc.

 

У «имперцев» много общего с «советскими». Во-первых, они признают СССР империей, потому согласны СССР ценить. Во-вторых, они также идейно воюют с условным Западом. В-третьих, их сознание столь же конспирологично, как и у «советских», так что магия Ротшильдов и/или Рокфеллеров – это и их тоже основной онтологический противник, в борьбе с которым надо развивать / накапливать свою магию. Только в отличие от эгалитаристов «советских» «имперцы» являются элитистами. Они «брахманы», которые никак не обретут себе достойных «кштариев», и потому пока вынуждены биться «с врагами» виртуально в ожидании своего часа…

 

На «охранителях» я здесь останавливаться не буду. Как у любых людей на зарплате, у них не хватает страсти, и потому их тексты самостоятельной ценности не имеют. Понятно, что они в основном занимаются апологетикой В.В. Путина, его курса и достижений, и именно это определяет их ценностный ряд. Отстраиваясь от 90-х годов, они попадают в ряды анти-«либинтерна», где обычно и заимствуют идеи для своей «обороны» – у «советских» и/или «имперцев».

 

Возможный механизм отмеченной распространенности архаических поведенческих паттернов, имеющих аналоги в культе предков, может быть основан на всеобщем кризисе идентичности российского населения. Действительно, основная его масса отнюдь не преуспела в «новой жизни», т.е. советские «жизненные практики», основанные на примате честного труда, межличностного доверия, неприятия коррупции, на которых базировалось самосознание этих групп в прошлом, оказались совершенно неконкурентоспособными по сравнению с аналогичными рутинами криминальных групп и примитивных триб, с которыми этим людям массово пришлось иметь дело в условиях навязанной обществу реформаторами тотальной коррупции. Попытки адаптации своих практик выживания к новым условиям вызвали «снос» советского идентичностного контента верхнего уровня (отказ от примата доверия, необходимость учиться давать «на лапу», и т.д.), что и сопровождается «возвратом к корням» и поиском личностной опоры в каком-то варианте «золотого века», а также в том, что этот «век» обеспечивало. При этом в части самореабилитации люди массово перестают ждать что-то для себя от будущего – ну разве что опять же лишь чуда возвращения «золотого века».

 

Все та же самореабилитация лежит и в основе склонности людей к конспирологии – в этом месте прощупывается именно что комплекс «самооправдания человеком своего жизненного проигрыша» и одновременное вытеснение этой идеи за пределы сознания с последующей внешней объективизацией подобного положения дел: «Ну кто я по сравнению с этими тайными силами абсолютного зла, которые крутят миром, как хотят? Что я могу сделать, если волей этих всемогущих сил я должен быть смыт из жизни в никуда?»

 

Так что предположение о том, что архаические паттерны проявляются у людей «из глубин сознания» по результатам «сноса» у них социальности более высокого уровня, обладает достаточно полной объяснительной силой.

 

Заключение

В заключение замечу, что отмеченный «культ предков» – это не единственное явление в общественном сознании России, связанное с разрастанием влиятельности «повседневной магии» в жизни и действиях людей. Другим таким явлением оказывается то, что можно обозначить термином «магический реализм»: дискурсивное оперирование с социальными субстанциями даже у достаточно продвинутых в интеллектуальном плане людей часто выстроено таким образом, как будто бы эти субстанции обладают субъектностью – т.е. способны полагать цели и действовать независимо от людей. Особенно часто такой магической силой проникаются понятия «верховенство закона», «независимый суд», «демократические порядки», «государство», но есть и другие похожие. И даже верхние слои экономической и политической сфер российского общества тоже не остались в стороне от «магических настроений» – восприятие «больших денег» в этих кругах часто проявляется так, будто бы деньги вполне субъектны, и могут «гулять сами по себе», выбирая, кого из «двуногих» сделать человеком, а кого оставить в «лохах» [Крупкин, 2010, С.341-342].

 

Литература

Крупкин П.Л. 2010: Россия и Современность: Проблемы совмещения: Опыт рационального осмысления. М.: Флинта: Наука, 2010. 568с.

Кублицкая Е.А. 2009: Особенности религиозности в современной России. // Социологические исследования. 2009. №4. С.96-106. Режим доступа: http://www.isras.ru/files/File/Socis/2009-04/Kublizkaya.pdf.

Латынина Ю. 2012: Путинг с анчоусами. // Ежедневный журнал, 06.02.2012. Режим доступа: http://www.ej.ru/?a=note&id=11750.

Лебедев С.Д. 2010: Парадоксы религиозности в мире Позднего Модерна. // Социологические исследования. 2010. № 12. C. 85-94.

Синелина Ю.Ю. 2004: Секуляризация в социальной истории России. М.: Academia, 2004. 216с.

Фадеев В.А. 2012: Истерически возвышенный постмодерн. // Эксперт, 2012, №2 (785),  Режим доступа к электронной версии: http://expert.ru/expert/2012/02/istericheski-vozvyishennyij-postmodern/.

Итоги 2012: Итоги протестной субботы: «быдло и рабы» с Поклонной против «идиотов и предателей» с Болотной. // NEWSru.com: Новости России, 06.02.2012. Режим доступа: http://www.newsru.com/russia/06feb2012/nodialogue.html.

Kroopkin P.L. 2010: ‘Returning to roots’ in post-Soviet Russia. // 11th EASA Biennial Conference “Crisis and imagination” (EASA-2010). 2010. August 24-27th. Maynooth, Ireland. Режим доступа: http://modernity-centre.org/2010/11/20/kroopkin-120/.

 

Ссылки и комментарии

[1] Рунет – русскоязычный сегмент Интернета.

[2] См., например, дискурсивные аспекты «анти-Сталин» vs «анти-Ельцин», «извековечные рабы», «кровожадные большевики-чекисты», «Мазепа и Бандера», «москали-азиаты», etc.

[3] Понятно, что «дары» в основном достаются правящей элите России, которая в Рунете представлена слабо. Потому за нее приходится отвечать «обобщенному Ельцину», «гэбистам», «советской номенклатуре», другим предшественникам нынешних компрадоров – в зависимости от «племени» бойца.

[4] Тут уместно отметить, что по сравнению с 2010-м годом в 2012-м существенно понизилась в Рунете активность украинских националистов, что наверное связано с изменением приоритетов в политике украинского государства.

[5] Например, цитата из [Итоги, 2012]: «… «люди с Болотной» (преимущественно представители «либинтерна» – ПК) обзывают «поклонников» (участники митинга на Поклонной горе – в основном иные, чем «либинтерн» – ПК) «рабами и быдлом», «шайкой дебилов», «страшным бого-начальнико-боязненным стадом» и т.п.»; цитата из [Латынина, 2012]: «В субботу в Москве состоялись два митинга: свободных и рабов. Или, точнее, один был митинг, а другой – путинг. <…> Путинг с анчоусами. // Анчоусов оказалось больше. Не критическая на первый взгляд разница: если на пике митинга на Болотной было где-то 65 тысяч, то на пике путинга на Поклонной анчоусов было где-то 80 тысяч. Соответственно, если брать общий оборот – 120 против 140 тыс. Это значит, что анчоусы победили. … »

[6] Очевидно, что 20-е, как «золотой век» «либинтерна», а также времена хрущевского правления (шестидесятничество), и горбачевского правления (перестройка) изгнаны из «советского времени» без особого сожаления.

[7] Аргументом в пользу реальности наличия такой структуры в глубине сознания «советских» является тот факт, что «советские» довольно пассивны в своей массе по отношению к реальной деятельности. Ведь если бы это было не так, то при наличии значительной доли людей такого склада среди населения в стране было бы много хозяйств, организованных на «советских началах» – что не наблюдается на практике.

 

Abstracts:

Patterns of “ancestor worship” in post-Soviet Russia

Kroopkin P. L.

 

The current social transformation pushed majority of Russian people to a profound identity crisis, and caused a significant fragmentation of the Russian society. The mental and behavioral patterns of a significant portion of society’s lower strata, adversely affected by the social changes, can be interpreted as a form of “ancestor worship”. These people tend to rally around chosen periods of Russian history (“Golden Ages”) and appropriate “true ancestors”. For every “Golden Age” there are collections of corresponding glorifying texts, which are of a “sacred” nature and devoid of application of criticism. Numerous senseless “flaming” threads of pseudo-historical debates on the Internet can be understood as rituals, which people use to worship their own “ancestors” with unrestrained praise, as well as through disparaging the “ancestors” and beliefs of other groups.

 

The article provides a classification of such identities, and proposes explanatory models for their genesis and sustainable reproduction.

 

Key words: post-Soviet Russia, ancestor worship, Internet groups, politics, behavioral patterns.

 

(Автор: Крупкин П.Л.)
Опубликовано: Крупкин П.Л. Практики культа предков в постсоветской России. // Социология религии в обществе Позднего Модерна: материалы Второй Российской научной конференции с международным участием. НИУ «БелГУ», 18 апреля 2012 г. / Ред. Л.Я. Дятченко, С.Д. Лебедев, В.В. Сухоруков. Белгород: ИД «Белгород», 2012. 280с. С.166-172.


Оставить комментарий:

Captcha

Ваше имя:
E-mail: