Центр Изучения Современности

Centre for Modernity Studies

О ментальных структурах некоторых “племен” в РФ

(В развитие темы культа предков на постсоветском пространстве)

 

Ознакомился с первой частью книги Есаулов И.А. Постсоветские мифологии: структуры повседневности. М.: Академика, 2015. 616с., которая посвящена описанию той самой “культурной дистанции” нашей “элиты”, во многом формующей постсоветское общество страны.

 

Основное внимание данного текста уделено тем, кого автор называет новиопами, а я – вертухаями / сервильным классом антирусского лимитрофа. В сегодняшней ипостаси эти люди охранят “светлый град на холме” от “этих орков с востока”, и несут они эту свою охрану с теми же апломбом и интенсивностью, как прежде они хранили “светлую мечту всех трудящихся – коммунизм” от грязных лап этих самых трудящихся. Из всех особенностей этой страты автор особенно концентрируется на их преданности большевизму и их антирусизме, демонстрируя выявленное во множестве коротких эссе. далее…

Ростовская локальная идентичность

 

1. Центральное место:

Весь центр города значимое место – старая архитектура. Ул.Большая Садовая – главная улица, идущая через центр города параллельно Дону и набережной. Тут главные административные здания, Парк Горького, др. Дальше от Дона – ул. Пушкинская – пешеходная (частично). Тут мамы с колясками, бабки с собаками, место прогулок, всяческих музыкантов бродячих, молодежи. Главный корпус университета рядом, университетская библиотека, студенты. Донская публичная библиотека там же – огромное причудливое здание, тоже что-то официальное время от времени проводится. Набережная – во-первых, старая, во-вторых, место массовых прогулок. Затем, на краю старого центра, – Театральная площадь. Последние годы там проводятся всяческие праздничные мероприятия, созерцаются салюты. На площади – театр им. М.Горького. Знаковое здание в форме трактора, шедевр советской архитектуры. Дальше Театральной площади вверх по Дону – армянская Нахичевань – второе историческое ядро города. далее…

Социальный коагулят в иудейской традиции

Концепция социального коагулята прорабатывалась также и в иудейской традиции: «Есть в книгах мудрости такое понятие, как Эрев Рав (великое смешение, сброд). В наше время так определяется особо вредоносная прослойка внутри нашего народа, которая по сути является отбракованным инородным телом. Это наши шлаки, требующие испражнения.» (А. Эскин, частное сообщение) далее…

О ресакрализации религии в современном обществе

Ресакрализация религиозных смыслов идет через «приживление» конфессиональных, сакрально-сверхъестественных легитимаций к более скромным, но реально «работающим» легитимациям светского характера. Исторический процесс здесь полностью обратен логическому: не земные ценности черпают энергию мотивации у более сильных религиозных, а, напротив, последние «цепляются» за земные, с их «пусть небольшой, но ухватистой силою» (С. Есенин) и, ассоциировавшись с ними, обретают конкретность, плоть и кровь реальных переживаний и значимости.

 

Здесь человек, не воспитанный с детства в религиозной традиции (именно как традиции!), проходит в своем онтогенезе путь, классическое описание которого (применительно к филогенезу) дал Георг Зиммель. Последний выводил феномен религии, как «самостоятельного жизненного содержания» и «вполне самозамкнутой сферы», из социально-психологического «тона», вырабатываемого в самых различных взаимоотношениях людей. Этот религиозный «тон» характеризуется им как «смесь бескорыстной самоотдачи и эвдемонистского вожделения, смирения и возвышения, чувственной непосредственности и бесчувственной абстракции… определенная степень напряжения чувства, специфическая интимность и прочность внутреннего отношения, встроенность «Einstellung» субъекта в некий высший порядок, который он, однако, воспринимает как нечто глубоко интимное и личное» (Зиммель, “Религиозный элемент в отношениях между людьми” // Религия и общество. Хрестоматия по социологии религии. Под ред В.И. Гараджи, Е.Д. Руткевич. М.: Аспект Пресс, 1996. С. 212). далее…

О ценностях в науке

Наука, взятая в ракурсе ее ценностного базиса, представляет собой компромисс ряда разноликих ценностных установок. Эти установки тяготеют, на наш взгляд, к двум группам, которые условно можно обозначить как «методологические» и «социально-практические». К первой категории относятся исторически сложившиеся критерии научности (объективность, универсальность, проблемность, опора на эксперимент и т.д.). Вторая категория включает иерархию мотиваций научной деятельности, которая в порядке «нормального» соотношения приоритетов представляется нам приблизительно следующим образом:

1. Познавательная, или установка на поиск истины;
2. «Научно-практическая», подразумевающая несколько специфических разновидностей:

2а) «Технологическая», или установка на достижение частных практических целей;
2б) Мотивация профессионального самоутверждения, или установка на рост в области профессионализма;
2в) «Мировоззренческая» мотивация, или установка на сохранение достигнутых результатов и самой традиции научной культуры;

3. Мотивация социального самоутверждения, или установка на социально-иерархический рост (известности, влияния, материального благополучия и т.п.) с помощью науки.

Данная иерархия легитимируется и закрепляется в нормах научного этоса (Р. Мертон), которые служат гарантом сохранения науки, своего рода «иммунитетом» против сбоев в функционировании научного организма. Соответственно, смещение установок в сознании субъекта, подмена «нижестоящей» мотивацией «вышестоящей» приводит к выходу его деятельности за пределы науки. К тому же результату ведет нарушение методологических критериев научного познания [Лебедев С.Д., Битюгин К.Е. Наука и антинаука: от конфликта до диалога // Российская наука и СМИ. Международная интернет-конференция, проходившая 5 ноября – 23 декабря 2003 на портале www.adenauer.ru Cб. статей; Под общ. ред. Ю.Ю. Черного, К.Н. Костюка. – М., 2004. 448 с. С. 293-303; цитата взята с С. 296].

 

(Автор: С.Д. Лебедев)
далее…

К критике критической апологии Модерна
(Ю.А. Левада, “Советский простой человек”)

Ю.А. Левада и его последователи предлагают несколько примитивную схему антропологического соотношения Традиции и Модерна. С их точки зрения, человек Традиции – это недоличность с преимущественно внешним локусом рефлексивного контроля; он мыслит и действует посредством предписанных, «готовых», а не собственных рефлексий. Напротив, человек Модерна (Запада) – это такой молодец, который мыслит и принимает решения на всех уровнях самостоятельно и творчески.

 

На самом деле все куда сложнее, и эта идеализация представляется неправомерным смешением личностно-психологического и культурного планов. Высокоразвитые гармоничные личности, также как и инфантилы, в большом количестве порождаются и Традицией, и Модерном. В актуальной культуре и первой, и второго содержится достаточно разнообразных жизнеспособных элементов; вопрос в том, как они будут усвоены в каждом конкретном случае культурой индивидуальной. В норме должен быть некоторый функциональный баланс несомненно-стабильного и творчески-изменчивого, «верований» и «идей» (Х. Ортега-и-Гассет). Сильный перекрен туда или туда порождает инфантильного, социально недоразвитого человека: либо раба предписаний, либо беспринципного авантюриста. далее…

О власти < => силе в окрестности Нового времени

Прогрессирующее развитие социума в системе координат «архаика – модерн» эксплицирует, как одну из важнейших, интенцию растождествления и разведения центров силы и центров власти. Напротив, регресс (архаизация) связан с их воссоединением в духе «вторичного смесительного упрощения» (К.Н. Леонтьев). Архетип архаики – не обязательно тождественный реальному устройству архаичного социума – в пределе предполагает полное отождествление силы, как обладания ресурсом непосредственного влияния, и власти, как легитимного (общепризнанного) права на насилие (альфа-доминирование как классический пример). Архетип модерна, понимаемого как прогрессирующая «разумизация» жизнеустройства, предполагает усложняющуюся конструкцию их структурно-функционального разделения и уравновешивания; в пределе такая власть должна быть равномерно «разлита» в обществе (М. Фуко), концентрируясь в нужные моменты социального пространства-времени и вновь «разливаясь» по выполнению своего функционального назначения. Как представляется, это вплотную связано с ролью и статусом культуры, как информационного регулятора социальности (Парсонс): вторичной и сугубо инструментальной (и подозрительной “по определению”) в первом случае и первичной, ценностно-приоритетной – во втором. далее…


Науки в контексте общей классификации знаний

Говоря о науках, следует помнить, что мы говорим о какой-то форме знаний. Знания же в общем смысле – это ментальные структуры и их «производные» (последними обычно бывают тексты или символические последовательности без материальных носителей – устное творчество, танцы, etc), которые помогают человеку в его взаимодействии с действительностью, в том, чтобы минимизировать для себя ущерб от такого взаимодействия.


В части общей классификации знаний в принятой здесь парадигме присутствуют три оси. По первой оси на высшем уровне группирования идет различение практического и теоретического знания: теоретическим является знание, изложимое в виде текста на каком-то материальном носителе; все остальное – это практическое знание. На следующем уровне классификации теоретическое знание может быть фальсифицируемым, или нефальсифицируемым. Практическое знание можно подразделить на эмпирическое и поведенческое (навыки, умения).

далее…

Вещные коннотации обществоведческих категорий: Государство

Определение вещной коннотации – [*]. Сосредоточимся в нашем рассмотрении именно на государстве в нашей жизни, оставляя за рамками международные отношения и общую теорию государства. При этом имеет смысл поглядывать на всю цепочку: Государь – государство – слуги государевы. Сначала посмотрим  словесную «обвязку» по основным «руководящим» функциям:

 

Государь может приказать, повелеть, издать указ – государство не может. Государство бывает должно (сделать что-то) – государь – увы. Государь и государство могут установить, проводить политику, собирать налоги.

 

Видно, что по отношению к государству (не так, как к государю) в обыденном языке напрочь отсутствует отношение «снизу вверх» – отношения человека и государства – это отношение где-то равных. Далее:

 

Государство может дать, помочь, может обмануть, надуть. Государство можно в свою очередь также обмануть. На государство можно надеяться. Государство все-таки не предают (предают скорее Родину), государству не служат (просто работают там-то). Государство можно создать, учредить, но делают это некие «они». Такие же «они» обычно забирают в армию, сажают (в тюрьму), штрафуют, а также дают блага, или обкрадывают.

 

Соседний связанный безличный слой:

 

Не подмажешь – не поедешь. Государство – что дышло, куда повернут, туда и вышло. На государство надейся – да сам не плошай.

 

Промежуточные выводы: (1) Государство – это «нечто» равное по статусу, которые учреждают некие «они» (которые, по-видимому, забирают в армию, и делают многие другие государственные воздействия). (2) С этим «нечто» помимо прочего возможна игра (я его могу обмануть, оно меня может надуть, обокрасть), причем это как-то не воспринимается как криминал.

 

Основная гипотеза: Государство – это «дракоша» по соседствудалее…

Вещные коннотации обществоведческих категорий: Демократия 

Определение вещной коннотации – [*]. Посмотрим на словесную «обвязку» термина «демократия»:

 

Демократию можно строить, установить, ликвидировать (но нельзя – разрушить, возвести); демократия может победить, а также пасть, рухнуть под натиском (и вроде ничего другого она не может сделать сама); демократия может быть либеральной, элитарной, прямой, представительской, народной и всенародной; в демократию нельзя войти, в ней нельзя жить, но жить можно при демократии; у демократии бывают достоинства и изъяны, для демократии бывают преграды.

 

Демократию  можно насаждать, демократия может укорениться, пустить ростки и расцвести, для демократии можно удобрить / унавозить почву. Демократию можно растоптать, выкорчевать. 

  

Гипотеза 1: Демократия – это войско из зубов дракона. далее…