Центр Изучения Современности

Centre for Modernity Studies

Малинова О. Ю. Между идеями нации и цивилизации: дилеммы макрополитической идентичности в постимперском контексте. // Институт Кеннана. Новости. 16.05.2012.   Текст в и-нете далее…

Миллер А.И. История понятия «нация» в России. // Отечественные записки. 2012. №1(46). Текст в и-нете. далее…

Геллнер Э. Нации и национализм. М.: Прогресс, 1991. Текст в и-нете. далее…

Андерсон Б. Воображаемые сообщества. Размышления об истоках и распространении национализма. М.: Канон-Пресс-Ц, Кучково поле, 2001. Текст в и-нете. далее…

Хоскинг Дж. Россия и русский вопрос: Интервью. // Национал-Демократический Альянс, 10.09.2011.  Текст в и-нете. далее…

Нация

Нация – это воображаемое сообщество, объединенное коллективной идентичностью, значимой частью которой являются психологические установки (1) на суверенную государственность, и (2) на равноправие включаемых в сообщество людей.


Каждая нация имеет свой самосогласованный сакральный комплекс, который среди прочего включает в себя такие ценности, как символы сообщества и его имя (обычно самоназвание “своей” страны – реальной или предполагаемой), установку на свою государственность, миф о предназначении нации, общепринятую модель общего блага, другие мифы самостояния (о славных предках, о «золотом веке», о древности истоков национального духа, и т.д.), представления о национальной территории, единство сообщества и равноправие его членов.

далее…

Идентичностные модели этнополитологии: Нация и этнос

 

Введение

Возможность представления этничности людей в виде определенного рода коллективной идентичности (далее – КИ) дает интересную перспективу в плане развития понятийного аппарата для этнополитологии. В настоящей работе предлагается разработанная в рамках такого идентичностного подхода система категорий, которая позволяет рассматривать процессы и проблемы нациегенеза и этнических мобилизаций с единых позиций, обогащая их понимание. При разработке подхода особое внимание уделялось логической строгости и выдержанности вводимых категорий, а также их полноте в плане описания отмеченного круга вопросов. далее…

Есть ли шансы догнать ушедший поезд?

Национальный проект в России: ключевая проблема старта.


Если посмотреть на тот кусок антропокрова [1] Земли, который на определенном этапе своего генезиса допустил доминирование христианства, то можно увидеть несомненное преобладание в современной организации политической жизни составляющих его обществ того, что обычно называют термином «национальное государство». Более того, за пределами границ постсоветского пространства в идеологических сферах соответствующих стран какие либо другие принципы организации общественно-политической сферы, несмотря на заклинания их апологетов, находятся в такой глубокой степени маргинальности по вовлечению в реально действующие практики, что их можно считать просто-напросто не существующими за пределами теоретического дискурса. Более того, и во вновь образованных странах периферии постсоветского пространства построение соответствующих национальных государств принято в качестве политического мэйнстрима. И только элитные группы Российской Федерации продолжают в этом плане упираться в своей самобытности. Причем даже наши западники, которые «тянут» с Запада абсолютно все, что там имеется, делают единственное исключение в своих заимствованиях именно для модели национального государства.


Такое положение дел в отечественном обществоведении требует своего осмысления. В настоящей работе я рассмотрю определенную концептуализацию категориальной сетки вокруг понятия «национальное государство», сделаю исторический экскурс для демонстрации актуальности и адекватности предложенной концептуализации, установлю положение Российской Федерации на получившейся таким образом «карте», обсужу главный стоппер, который блокирует начало национального проекта в РФ.


Вводимая концептуализация существенно опирается на теорию коллективных идентичностей, которая в своей интеграции в теорию обществоведения дает довольно интересный ракурс рассмотрения предмета, а также позволяет получить ряд очень практичных теоретических результатов. В частности оказывается достаточно продуктивной классификация политических систем по критерию идентичностной гомогенности. Например, все современные развитые западные страны, будучи национальными государствами – либеральными демократиями, имеют идентичностно гомогенное политическое устроение – вся политическая жизнь в них координируется в рамках так называемого национального консенсуса, который включает в себя все общество. А вот политические системы, возникающие в Новом времени на Русской равнине, обладают одним инвариантным свойством: они все не являются идентичностно гомогенными – их политический класс всегда идентичностно отделяет себя от управляемого большинства. Данное свойство и определяет ключевой момент для модернизации политической системы РФ – деконструкцию указанной устойчивости воспроизводства элитного отрыва в российском обществе. далее…

Принцип народа и государственность Русской равнины


Предыдущая статья была посвящена обсуждению общих моментов влияния такого политического фактора, как «принцип народа», на политическую сферу развитых западных стран. В данной статье я хочу посмотреть на политическую сферу России в развернутом контексте.


Известно, что государственная политика всегда тяготеет к элитарности собственного устройства, так что включенные в нее игроки, обычно имеют тенденцию особо не замечать того, что «внизу». «Пипл? Пипл схавает, чего дадут!» – часто читается во многих действиях власть имущих. Но несмотря на так обозначенную «сермяжную правду», на практике правящему классу любого общества обычно дан достаточно простой факт: чемпионами среди них становятся именно те, кому удается оседлать хаотически клубящиеся низовые энергии, подключиться своей личной энергетикой к некой общенародной «кундалини». Они также видят, какими жалкими становятся прошлые «герои», которые по разным причинам умудрились «слететь» со своей «волны», пусть даже они и продолжают существовать «на олимпе». Объективируем обозначенное воздействие «низов» на властные верхи общества введением термина «принцип народа».


Принцип народа, несмотря на все нежелание разного рода «элитистов» его замечать, практически всегда находится где-то рядом с властью. Даже в спящем, не актуальном состоянии он тем не менее слегка «гондурасит» наиболее толковых из власть имущих, что уж тут говорить о внезапных его актуализациях при обострении вопросов социальной справедливости и гуманизма, грозящих перерасти в такой кошмар правящего класса, как революция? В предыдущей статье я проследил влияние принципа народа на политическое устройство западных стран в «большом времени», и оказалось, что именно данный принцип задавал доминирующие тренды изменения политических сфер различных стран. При этом монархии, занявшие к концу 18-го века абсолютно доминирующее положение в Европе, включая и ее идеосферу, вдруг стали отступать практически по всем направлениям, трансформируясь в национальные государства и демократии. И к концу 20-го века «живые» монархии практически выхолостили свою «изначальную» суть, а те некоторые династии, которые сумели при этом сохраниться, играют в основном символическую роль, и не несут никакой функциональной нагрузки. Принцип государственности при этом, начав свой «дрейф» из положения «государство – это я», завершил свое движение депесонифицированной инструментальной институцией без капли сакральности. И т.д. далее…

Принцип народа и западная политика периода Модерна

Многие концепции обществоведения, как впрочем и других гуманитарных наук, создаются из положения «сверху», с социальных мест, обычно находящихся где-то рядом с троном (пусть даже коллективного) властителя. Применительно к современной России можно отметить, что подобные концепции абсолютно доминируют в дискурсе, создавая там лакуны и дефициты, которые в рамках задаваемой данными теориями оптики просто-напросто не видны. Для обнаружения «слепых зон» видения оказывается полезным взглянуть на обсуждаемые модели из положения «снизу», и это даже принимая во внимание все трудности определения исходной точки для подобного взгляда, связанные с тем, что «низ», в принципе, не может «разговаривать», а все, кто научаются это делать, на автомате дискурсивно «перемещаются» «наверх».


Однако социальный «низ» все равно существует, хочется нам принимать его во внимание, или нет. Именно «снизу» поступают коллективно согласованные эмоции, заполняющие радостью наши сердца в случае победы наших команд. Именно «низ» делает для нас незабываемыми минуты единения в карнавалах. Именно «низ» мобилизует нас в совместном действии навстречу общей неприятности. И, наконец, именно оттуда возникает «ужас политиков» – те социальные энергии, которые своим неожиданным взвихрением вдруг обнуляют доминировавшие в обществе рационализации, и ломают устоявшийся социальный порядок, – то, что потом обзывают словом «революция».


В принципе, взаимодействие политики и «низов» достаточно многопланово. С одной стороны, будучи порождением «верха» политика часто не видит «низа». «Кто такой – народ? Как с ним можно встретиться и поговорить?» – читается во многих действиях власть имущих. С другой – они прекрасно видят, что чемпионами среди них становятся именно те, кому удается оседлать те самые низовые энергии, подключиться свей личной энергетикой к некой общенародной «кундалини». Они также видят, как жалки становятся прошлые «герои», которые по разным причинам умудрились потерять свою «волну», пусть даже они еще и продолжают существовать на «олимпе». Так что «принцип народа» – он всегда находится где-то рядом с властью, хоть бывает и не вербализован явно в политическом дискурсе. И действительно, кроме внезапной актуализации вопросов справедливости и гуманизма, что еще можно отнести к прямым «прострелам» общественного сознания «снизу»? Именно исходя из этого, а также из действий наиболее харизматических политиков, мы и можем, при желании, восстановить направление главенствовавших в каждый конкретный период общественного развития «низовых» ветров.


И оказалось, что развитие политических систем Запада в «большом времени» в последние четверть тысячелетия определялось именно что воздействием принципа народа, который был все это время и пока еще остается доминирующим. Для иллюстрации данного тезиса посмотрим далее на макрокартину европейской политической эволюции в Модерне. далее…