Центр Изучения Современности

Centre for Modernity Studies

Принцип народа и западная политика периода Модерна

Многие концепции обществоведения, как впрочем и других гуманитарных наук, создаются из положения «сверху», с социальных мест, обычно находящихся где-то рядом с троном (пусть даже коллективного) властителя. Применительно к современной России можно отметить, что подобные концепции абсолютно доминируют в дискурсе, создавая там лакуны и дефициты, которые в рамках задаваемой данными теориями оптики просто-напросто не видны. Для обнаружения «слепых зон» видения оказывается полезным взглянуть на обсуждаемые модели из положения «снизу», и это даже принимая во внимание все трудности определения исходной точки для подобного взгляда, связанные с тем, что «низ», в принципе, не может «разговаривать», а все, кто научаются это делать, на автомате дискурсивно «перемещаются» «наверх».


Однако социальный «низ» все равно существует, хочется нам принимать его во внимание, или нет. Именно «снизу» поступают коллективно согласованные эмоции, заполняющие радостью наши сердца в случае победы наших команд. Именно «низ» делает для нас незабываемыми минуты единения в карнавалах. Именно «низ» мобилизует нас в совместном действии навстречу общей неприятности. И, наконец, именно оттуда возникает «ужас политиков» – те социальные энергии, которые своим неожиданным взвихрением вдруг обнуляют доминировавшие в обществе рационализации, и ломают устоявшийся социальный порядок, – то, что потом обзывают словом «революция».


В принципе, взаимодействие политики и «низов» достаточно многопланово. С одной стороны, будучи порождением «верха» политика часто не видит «низа». «Кто такой – народ? Как с ним можно встретиться и поговорить?» – читается во многих действиях власть имущих. С другой – они прекрасно видят, что чемпионами среди них становятся именно те, кому удается оседлать те самые низовые энергии, подключиться свей личной энергетикой к некой общенародной «кундалини». Они также видят, как жалки становятся прошлые «герои», которые по разным причинам умудрились потерять свою «волну», пусть даже они еще и продолжают существовать на «олимпе». Так что «принцип народа» – он всегда находится где-то рядом с властью, хоть бывает и не вербализован явно в политическом дискурсе. И действительно, кроме внезапной актуализации вопросов справедливости и гуманизма, что еще можно отнести к прямым «прострелам» общественного сознания «снизу»? Именно исходя из этого, а также из действий наиболее харизматических политиков, мы и можем, при желании, восстановить направление главенствовавших в каждый конкретный период общественного развития «низовых» ветров.


И оказалось, что развитие политических систем Запада в «большом времени» в последние четверть тысячелетия определялось именно что воздействием принципа народа, который был все это время и пока еще остается доминирующим. Для иллюстрации данного тезиса посмотрим далее на макрокартину европейской политической эволюции в Модерне. далее…

On peculiarities of motivation of actual Russian managing class

Kroopkin P. L.


The article discusses general items of social stratification, and proposes a way of formalization of elite and sub-elite strata of a society. It shows that elite tends to have a social identity, which creates and maintains a mental boundary in the social consciousness. The article applies the proposed approach to the current Russian elite, investigates the polarization on the elite mental border that maintains the separation of the elite from the society, and describes the specific psychosocial complex that drives the anomy of the Russian elite.

далее…

Evolutional theory of Jung’s archetypes:

Archetypical features in structure of social identity

Kroopkin P. L.


The article discusses the concept of K. Jung’s archetypes and their link to biological evolution. Basing on Yu. I. Semenov’s approach to anthropogenesis (a group selection in pre-human bands), the author proposes a specific mechanism which could lead to the suppression of the pre-human social model based on the behavioral dominance and to the development of a human model of sociality based on the social identity. This way of evolution results in stabilizing of a biosocial mechanism, which supports the functioning of the basic taboo regulating equal access to food, and which activity could be understood by people afterwards as influence of sacral forces creating needs in religion.


The article also discusses some universal features of the social identities that are archetypical, and shows some approaches how the developed theory could be used in public practice.

далее…

To the theory of institutional fields: General concept

Kroopkin P. L.


The article discusses social institutes from the social nominalism point of view. It introduces a concept of institutional field of a society, considers interaction of institutes both between themselves and with centers of power, highlights specific features of a society, which institutional field is not consistent with its legal system. Among the latest are: abuse, arbitrariness and violence of officials, deficit of legitimation of the governing bodies, inefficient use of qualified staff in bureaucracy, image of  “true” legislation as something ideal and not achievable in real life, legal nihilism.

далее…

‘Returning to roots’ in post-Soviet Russia

Kroopkin P. L.


The current social transformation pushed majority of Russian people to a profound identity crisis, and caused a significant fragmentation of the Russian society. The mental and behavioral patterns of a significant portion of society’s lower strata, adversely affected by the social changes, can be interpreted as a form of “ancestor worship”. These people tend to rally around chosen periods of Russian history (“Golden Ages”) and appropriate “true ancestors”. For every “Golden Age” there are collections of corresponding glorifying texts, which are of a “sacred” nature and devoid of application of criticism. Numerous senseless “flaming” threads of pseudo-historical debates on the Internet can be understood as rituals, which people use to worship their own “ancestors” with unrestrained praise, as well as through disparaging the “ancestors” and beliefs of other groups.

далее…

Гражданское общество как акт коллективной трансгрессии


Выложу здесь фрагмент из своей книги, посвященный теории гражданского общества, которая основана на оригинальной концепции современного общества, и идее Б.Г.Капустина. (Крупкин П.Л. Россия и Современность: Проблемы совмещения: Опыт рационального осмысления. М.: Флинта: Наука, 2010. 568с. С.492-494):


Переход к снятию социальных напряжений в матрице может сопровождаться возрастанием социально-политической активности массы и актива, их солидарными действиями против тех сил, которые связались в сознании людей с причинами данных напряжений. Кроме того, снятие напряжений в матрице, ее перестройка — это всегда нарушение привычных до того социальных норм, выход за установленные ранее и «вбитые» в сознание людей пределы, то есть какой-то вид коллективной трансгрессии. Эйфория от соучастия в такой совместной активности остается в памяти людей надолго после того, как соответствующие социальные действия были завершены, придавая эмпатию тому, что зовется словами «гражданское общество». далее…

Нация и этнос – модель взаимодействия


Тезисы доклада, который был предложен на Всероссийской научной конференции «Этнос, нация, общество: российская реальность и перспективы» 1-3 ноября 2010 года, но не был принят Программным комитетом.



Факты существования полиэтничных наций, и включения представителей одного и того же этноса в разные нации позволяют сделать вывод о том, что нация и этнос – это разные коллективные идентичности (КИ). И действительно, более детальное исследование вопроса показывает, что нация – это политическая КИ, обеспечивающая для включенных социальных и политических агентов культуру мирной ненасильственной делиберации (согласования интересов, раздела общественного «пирога», улаживания конфликтов), в то время как этнос – это КИ, обеспечивающая своим носителям культуру выживания в данном природном ландшафте. Еще одной специфической чертой этничности является включение «на равных» детей. В целом можно предложить следующее определение: далее…

Нация – как политическая мета-идентичность страны


Тезисы доклада, сделанного на Всероссийской научной конференции «Этнос, нация, общество: российская реальность и перспективы» 1-3 ноября 2010 года.



На основе концепции коллективной идентичности (Social Identity) развито логически выдержанное смысловое поле, в которое без потерь могут быть переформатированы все известные подходы к теории нации вместе с соответствующим эмпирическим материалом. В этом плане извечная дихотомия «примордиализм-конструктивизм» предстает лишь степенью обязательности вовлечения других (не политических) коллективных идентичностей в национальный миф. далее…

К теории институциональных полей: Общие моменты

Введение

Институционализм, как и «экономический империализм», является «сквозным» подходом в обществоведении, т.е. он позволяет с единых позиций изучать всю иерархию интересующих нас обществоведческих объектов: и индивида, и группу, и сообщества из многих групп. Подход широк в своем охвате и позволяет переформатировать как достижения психологии, так и многие результаты социальных наук, включая разнообразные экономические и политологические модели. В свете такой своей универсальности институционализм находит достаточное количество приверженцев, так что даже после относительно недавнего проникновения на постсоветское пространство (в начале 90-х годов прошлого века) в рамках данного подхода в России уже сформировалось несколько исследовательских парадигм [1].


В параллель с развитием отечественного институционализма в стране протекали экономические и социальные реформы. Практика реформирования сделала очевидными множество фактов, возникших вследствие трудностей становления в Российской Федерации тех институтов, которые были заимствованы реформаторами у развитых западных стран и активно продвигались ими в российскую повседневность. В рамках институциональной теории возникли задачи понимания особенностей российского институционального поля и конструирования правил и техник привития к социальной ткани российского общества желаемых институтов.


Статья посвящена описанию используемого категориального аппарата, существенной особенностью которого является его согласование с мета-принципом социального номинализма. Введено понятие институционального поля общества, обсуждено «место хранения» социальных институтов, показана необходимость появления формальных социальных норм, согласованных с актуальными неформальными институтами сообществ, появляющимися естественным путем. Рассмотрены взаимодействие институционального поля и центров силы общества, следующая отсюда теория суверенитета, обсуждены принципы изменения институциональных полей. Показано к каким социальным последствиям приводит наличие несогласованностей в институциональных полях общества, которые обычно создаются склонными к «показухе» суверенами с помощью демонстрационного законодательства. далее…

Эволюционная теория архетипов Юнга:

архетипические моменты в структуре коллективной идентичности


Текст был включен в программу Первого теоретико-методологического семинара “Архетипика и государственное управление” c международным участием, который имел место в г. Феодосия 13-14 июля 2010 г.


Введение

При проведении различного рода межстрановых сравнений бросается в глаза, что практически во всех областях социально значимых параметров максимальные результаты достигаются группой стран, которые самоопределяются как национальные государства (nation-state). Данный факт более эффективной мобилизации ресурсов национальным государством в целях своего развития делает исследования вокруг такой обществоведческой категории как «нация» очень актуальными, особенно в плане выработки адекватного понимания соответствующих социальных явлений и взаимосвязей с тем, чтобы сделать государственное управление в данной области относительно осмысленным.


Один из подходов к национальной проблематике связан с представлением нации как определенного рода коллективной идентичности (social identity) (см., например, [Геллнер, 1991], [Андерсон, 2001]). При этом оказалось, что «механика действия» коллективных идентичностей уходит в глубины человеческой психики, и принадлежит к группе социальных и психологических феноменов, которые называют архетипами. Первым в научный оборот данные феномены ввел К. Юнг в 1910 г. [Haule, Ch.2], и, развивая свою концепцию архетипов, он практически сразу же связал архетипические структуры человеческого подсознания с эволюцией. При этом в представлениях Юнга (архетипы – как определенного рода результат накопления опыта выживания людей) это был скорее вариант эволюции Ламарка, нежели Дарвина [Haule, Ch.2].


Однако следует отметить, что подобная гипотеза находится в определенном противоречии с накопленными результатами эволюционной биологии, поскольку возникает неясность в механизме передачи собранного индивидом опыта по наследству. В настоящей работе на основе развития подхода к человеческой эволюции Ю.И. Семенова [Семенов, 1997, гл.2.3] (в свое время высоко оцененным Э. Геллнером – [Геллнер, 1992]) предлагаются конкретные механизмы группового отбора первобытных триб в дарвиновском процессе, которые позволяют получить в качестве эволюционного результата биологические основы человеческой социальности. Последние могут быть интерпретированы через специальный класс юнговских архетипов. В работе дано описание данного класса, отслежено его появление в антропогенезе, обсуждены возможности использования полученных результатов в практике общественного управления. далее…