Центр Изучения Современности

Centre for Modernity Studies

СССР и Современность

Доклад на 2-й конференции «Революция как социальная лаборатория: к 100-летию советского модерна», Москва, РГГУ, 29 марта 2017г.
 

В основу операционализации класса социальных порядков «Современность (Modernity)» можно положить способ легитимации принимаемых решений, т.е. способа убеждения агентом принятия решения и себя и своего сообщества в том, что принятое решение – правильно [1]. Тогда отнесение сообщества к Современности определяется значимостью количества решений из его повседневности, легитимируемых рациональным рассуждением / обсуждением. Несовременные же социальные порядки характеризуются доминированием «внешней» легитимации решений: через отсылку к традиции (всегда так делали), магии (боги / духи / космические энергии указали, что надо так), принятым в обществе «талмудам» (в текстах написано, что…), и авторитетам («сам» же сказал…, «там» так не делают…)

 

Понятно, что в политике и бизнесе доля рационально принимаемых решений была высока во все эпохи, а вот в семейной и других сферах повседневности долгое время торжествовала именно что внешняя легитимация решений и порядков / институтов.

 

В рамках так определяемой парадигмы, в истории СССР можно выделить следующие этапы:
1. 1917 – середина 20-х: торжество Современности. Новые порядки массово изобретаются с нуля, и апробируются в общественной практике.
2. Конец 20-х – середина 60-х: Современность концентрируется в верхнем слое партийной и научной элиты (ЦК и АН). Остальным группам советского общества следует делать, «как сказано»; т.е. социальные порядки / институты и решения легитимировались «верхами».
3. Конец 60-х – начало 90-х: Современность уходит и из ЦК; внешней инстанцией легитимации решений «в верхах» все более становится «Запад». Для низов же таковой инстанцией остаются «верхи», которые у многих «продвинутых» замещаются все тем же воображаемым Западом напрямую.

 

В конечном итоге (80-90-00-е) практически все сообщества СССР / РФ ушли из Современности. При этом нельзя сказать, что они вернулись в Традицию, поскольку традиционные институциональные поля (т.е. аппробированные в длительной и успешной социальной эволюции) были практически ликвидированы «советским строительством». Легитимация решений / институтов в это время обычно осуществлялась ссылкой на внешний к людям / сообществам авторитет, в качестве которого очень часто выступает воображаемый Запад. Определим такую ситуацию термином «карго-модерн».

 

Начиная с 00-ых, развивается еще один тренд: условия жизни людей в условиях «общества потребления» развивают в них способность к рациональной легитимации (см., например, массу принимаемых людьми решений о выборе покупаемого товара / услуги), от которой «продвинутые страты» уходят с помощью опоры на бренды. Закручивается интересный сюжет накопления потенциала Современности в социальных низах общества при продолжающейся жизни социально «продвинутых» страт в карго-модерне.

 

Комментарии

[1] Это же верно и в плане легитимации социальных порядков / институтов.

 

Автор: П.Л. Крупкин
Обсуждено на 2-й конференции «Революция как социальная лаборатория: к 100-летию советского модерна», Москва, РГГУ, 29 марта 2017г.

О нации в СССР

Доклад на 2-й конференции «Революция как социальная лаборатория: к 100-летию советского модерна», Москва, РГГУ, 29 марта 2017г.

 
Теоретический мэйнстрим «о нации» в СССР и РФ (от В.И. Ленина / И.В. Сталина начала XX века [1] до сегодняшней школы В.А. Тишкова [2]) держит вопрос политической субъектности определяемого термином «нация» сообщества людей за рамками своего рассмотрения. Результаты сформировавшегося так куста парадигм хорошо известны: это и «трехчленка» «племя-народность-нация» с практическим воплощением в виде иерархии «национально»-территориальных образований СССР, и «новая общность советский народ», переформулированная в «многонациональный народ» Конституции РФ, и сейчас переформулируемая еще раз в «гражданскую российскую нацию», и др. далее…

Коллективные идентичности и социогенез:
К теории социального единения

 

Введение

Дефицит солидарного действия у основной массы автохтонов Русской равнины, наблюдаемый в настоящее время, особенно ярко бросается в глаза на фоне деятельности сообществ из тех мест, где «красное колесо» елозило социальный ландшафт не столь безжалостно. В это же время в среде «генералов» [1] Российской Федерации (далее – РФ) и их интеллектуальной обслуги уже можно считать общепринятым положение, что развитие страны во многом сдерживается плохим качеством ее социальных институтов [2]. Поскольку институты напрямую связаны с их обеспечивающими сообществами, задача взращивания и укрепления низовой солидарности среди обывателей, у которой нет другого решения кроме как ассоциирования жителей в различные действенные и комплементарные друг другу сообщества / группы / ассоциации, приобретает особое значение для осовременивания страны, ее облагораживания в части качества жизни людей, создания «правильной» экосистемы для восприятия и изобретения новых технологий. далее…

К проблеме дефрагментации сознания:
системность рефлексии versus интеллектуальная маргинализация

Интеллектуальная маргинализация может быть определена как вытеснение некоторого субъекта по признаку интеллектуальных характеристик за рамки определенного нормативного мейнстрима – такого образца интеллекта, который считается в обществе «правильным», «настоящим», «соответствующим должному уровню». В данной связи необходимо определиться с самим критерием, лежащим в основе наших оценок. далее…

Giddens A. Back to the future. BBC News, 1999. URL: http://news.bbc.co.uk/hi/english/static/special_report/1999/12/99/back_to_the_future/anthony_giddens.stm; перевод на русский: А. Гидденс: Назад в будущее. Интервью BBC. Гефтер, 26.04.2013. Текст в и-нете. далее…

К критике критической апологии Модерна
(Ю.А. Левада, “Советский простой человек”)

Ю.А. Левада и его последователи предлагают несколько примитивную схему антропологического соотношения Традиции и Модерна. С их точки зрения, человек Традиции – это недоличность с преимущественно внешним локусом рефлексивного контроля; он мыслит и действует посредством предписанных, «готовых», а не собственных рефлексий. Напротив, человек Модерна (Запада) – это такой молодец, который мыслит и принимает решения на всех уровнях самостоятельно и творчески.

 

На самом деле все куда сложнее, и эта идеализация представляется неправомерным смешением личностно-психологического и культурного планов. Высокоразвитые гармоничные личности, также как и инфантилы, в большом количестве порождаются и Традицией, и Модерном. В актуальной культуре и первой, и второго содержится достаточно разнообразных жизнеспособных элементов; вопрос в том, как они будут усвоены в каждом конкретном случае культурой индивидуальной. В норме должен быть некоторый функциональный баланс несомненно-стабильного и творчески-изменчивого, «верований» и «идей» (Х. Ортега-и-Гассет). Сильный перекрен туда или туда порождает инфантильного, социально недоразвитого человека: либо раба предписаний, либо беспринципного авантюриста. далее…

«Религиозность»: о трансформации исследовательской парадигмы

Доклад на IV Очередном Всероссийском социологическом конгрессе

Аннотация. В статье анализируются методологические основания исследования религиозности как предмета социологии религии. Обосновывается необходимость изменения исследовательской парадигмы в связи с современными трансформациями социокультурной ситуации.

 

Ключевые слова: религиозность, рефлексия, традиция, современность, социология религии.

Систематическая рефлексия религиозности, как явления социального, является оригинальным и закономерным порождением социальной ситуации и культуры европейского Модерна. Предшествующая ему история, условно обозначаемая как «эпоха Традиции», в целом характеризуется господством религии в общественных отношениях, культуре, в сознании и образе жизни людей. При определяющей роли религиозных институтов и умонастроений, для нее относительно мало актуальна рефлексия социального плана. Модерн же в лице философии Просвещения впервые радикально ставит проблему религии не как «само собой разумеющейся» фундаментальной реальности, а как, в конечном итоге, функциональной подсистемы человеческой (социальной) жизни, которая отныне должна доказывать свое право на существование. далее…

Рефлексивный потенциал православной культуры в России,
1990-2000-е гг.: к социологическому анализу проблемы

Статья посвящена обоснованию концепта рефлексивного потенциала религии как значимого фактора ее выживания и социального влияния в обществе современности. На примере традиционной для России религиозной культуры православного христианства демонстрируются и анализируются основные качественные аспекты ее рефлексивного потенциала. На основании вторичного анализа данных социологических исследований и материалов из смежных областей социогуманитарного знания делается вывод о тенденциях изменения рефлексивного потенциала актуальной православной культуры в России в исследуемый период.

 

Ключевые слова: социокультурная рефлексия, рефлексивный потенциал религии, религия, современность, сакральное отношение религии, светская культура, православная культура.

далее…

Аузан А.А. Культурные основы модернизации. Лекция. // Полит.ua, 24.10.2011. Стенограмма выступления в и-нете. См. также здесь. далее…

Бауман З. Российская модернизация в условиях текучего модерна. Стенограмма выступления. // Фонд “Стратегия 2020” (Сетевое издание), 31.05.2011. Текст в и-нете. далее…