Центр Изучения Современности

Centre for Modernity Studies

Общество Современности:

Принципы генерации и адаптации изменений

 

Доклад 18.12.2009 на 10-й Международной Научной Конференции “Россия: ключевые проблемы и решения” (Программа конференции).

  

Само по себе вычленение из реальности такого социального времени, как Современность (Модерн) [1], было связано с наличием общих черт в реакции  различных социальных систем на возрастание плотности появления различного рода новых моментов и вызовов в их жизни. В этом плане актуальным становится системный взгляд на то, как возникающая в мире новизна взаимодействует с наличествующими в нем социальными системами.

 

1. Общество Современности

В настоящее время уже сформировался определенный консенсус по поводу важнейших универсальных характеристик трансформации социальных структур и институтов при «погружении» социумов в Современность – процессе, обычно называемом модернизацией. Данные характеристики можно  обобщить следующим образом [2]:

 

Рационализация общественной жизни.  Современность характеризуется трансформациями, совокупность которых со временем стали называть «расколдовыванием мира». Все традиционные установления и социальные нормы (институты) проходят «очищение» рациональной критикой.  Люди пытаются найти законы мирового устройства, и на основании этих законов устранить различного рода несправедливости текущей жизни.

 

Технический и социальный прогресс.  Изучение законов природы открыло широкие возможности для развития технологий и роста производительности труда.  Увеличение доступного продукта позволило соответствующим обществам заняться устранением социальных несправедливостей, сначала – наиболее вопиющих, затем и других.

 

Эмансипация.  Общепринятым стало понимание, что «передовые» идеи появляются сначала в малых группах, которым иногда приходится достаточно долго хранить их, передавая от учителя к ученику, прежде чем они станут признанными и востребованы большинством. Это поставило вопрос о свободе. Сначала данный вопрос встал в форме требования политических свобод, защищающих малые сообщества идейных «новаторов» от физического террора непонимающего их большинства, а затем, с развитием доступных социуму ресурсов, он включил в себя дополнительно различного рода экономические и социальные свободы людей.

 

При этом основным отличающим качеством Современности предстает способ легитимации управленческих решений в обществе. В принципе известны две разновидности таких способов. Во-первых, решения могут быть обоснованы ссылкой на внешний легитимирующий источник – на Бога, на традицию, на опыт предков, на Авторитет. Во-вторых, легитимность решения может определяться рациональностью обсуждения сложившейся ситуации при его принятии [3].

 

Введение в рассмотрение данного качества приводит к следующему. В досовременную эпоху (которую в рамках представляемой здесь парадигмы обычно называют Традицией) управленческие решения практически всегда легитимировались первым – «внешним» – способом. При переходе же к Современности существенная доля управленческих решений уже стала легитимироваться вторым способом – с опорой на разум. А когда доля решений с рациональной легитимацией стала доминировать (это развитые общества последние пятьдесят лет), соответствующие социумы перешли в новое состояние, для обозначения которого был введен термин Поздний Модерн. [4]

 

Схема индивидуального переживания личностью Современности хорошо передается следующей цитатой: «Р. Козеллек в рамках своих исследований истории понятий охарактеризовал сознание времени, свойственное модерну, через возрастающее различие между «пространством опыта» и «горизонтом ожидания» … На место опыта предшествующих поколений приходит опыт прогресса, который придает горизонту ожидания, до тех пор прочно привязанному к прошлому, «исторически новое качество постоянной погруженности в утопию»» [5]. И если задуматься над тем, что же именно делает опыт предков бесполезным при принятии решений их потомками, то можно прийти к достаточно однозначному выводу об основной причине подобной девалоризации традиционного опыта – о порождаемой миром различного рода новизне, которую людям приходится учитывать при выработке решений в современных условиях.

 

Здесь следует обратить внимание на то, что феномен «генерация новизны» не дает возможности себя рутинизировать, т.е. создать какие-то постоянные социальные формы, способные поддержать бессбойное функционирование общества в новых условиях – поскольку обязательно появится опять что-то новое, ранее неизвестное, что потребует нового усилия по адаптации социума к себе. Т.е. социальная система в постоянном потоке новизны должна так же постоянно изменяться, самоактуализироваться в новых постоянно меняющихся условиях. Данный момент позволил Б.Г. Капустину предложить рассматривать модернизацию не только как процесс перехода общества в Современность, но и как процесс существования общества в Современности [6]. Развивая данный подход, В.М. Межуев обратил внимание на то, что никто в развитых странах не называет свое состояние в Современности модернизацией [7]. Данный термин резервируется интеллектуалами стран Модерна лишь для определения именно первоначальной трансформации общества, его переходу из Традиции в Современность. Вследствие этого он предложил использовать для существования в Современности термин «развитие». Я буду придерживаться именно данной линии, используя понятия «модернизация» и «развитие», во-первых, как синонимы, и, во-вторых, как обозначение необходимых усилий для социального существования в Современности: развитие (модернизация) – это искусство жить в Современности.

 

2. Новизна. Лидерское и догоняющее развитие

Рассмотрим теперь различные типы новизны, которые вынуждены обрабатывать современные социальные организмы. Во-первых, новизна (т.е. все то новое, что необходимо учитывать при принятии управленческих решений) очень часто дана социальной системе как что-то внешнее, для нее неожиданное. В таких случаях обычно используется термин «вызов». Во-вторых, новизна может быть изобретена внутри самой социальной системы в целях повышения ее конкурентоспособности, или конкурентоспособности какого-либо из ее элементов. В этих случаях обычно используют термин «нововведение», или «инновация». Во многих случаях новый вызов одному социальному организму является инновацией, изобретенной в рамках другой социальной структуры.

 

Если приглядеться к тому, что же собой представляет новый вызов социальной системе, то можно увидеть, что вызов обычно порождается в месте отклонения реальности от привычной социальной рутины, которая «окормляет» данное место реальности. В принципе то, насколько далеко ушла реальность от привычной рутины, может быть определено понятием «величина отклонения». При этом «тупые» социумы начинают осознавать вызов лишь тогда, когда «закрывать на него глаза» совсем уже не получается, т.е. когда разрыв между рутиной и реальностью уже превратился в пропасть, в разрыв, и дело уже подходит к общественному хаосу – революционной ситуации. Так получаем необходимость такой характеристики воспринимающего элемента современной социальной системы, как интеллектуальная чувствительность.

 

Ответом на вызов может быть как заимствованная технология, которую при этом все равно приходится адаптировать к местным условиям, так и инновация, изобретенная в рамках самого общества. Другим источником инноваций может быть мониторинг социального поля с целью нахождения потенциальных потребностей, которые открывают для заинтересованного социального агента некоторое окно возможностей, на котором можно хорошо заработать, предложив соответствующую инновацию. Именно генерация подобных нововведений определяет скорость развития социальных систем в рамках подхода, восходящего к Й. Шумпетеру [8]. При этом способность производить новое, которое значимо для окружения, может дать возможность социальному агенту навязать окружению свою «повестку дня», и тем самым стать жизненным ориентиром для других, стать лидером. Тем самым способность производить инновации становится по своему влиянию на социальное поле в один ряд  с могуществом, оказываясь при этом в более интересной позиции, ибо могущественный социальный агент является точкой привлечения внимания окружения главным образом лишь по мотивам избежания возможных потерь при столкновении / конфликте, т.е. по мотивам страха, который в целом отнюдь не компенсирует возможный второстепенный мотив извлечения выгоды из возникающего вокруг могущественного агента структурирования социального поля.

 

Становится понятным, что именно способность генерить инновации различает лидерское и догоняющее типы развития. Переходя к обществам в целом, можно видеть, что в настоящее время лидирующая роль в общественном развитии принадлежит развитым странам «золотого миллиарда». Именно они во главе с США торят миру путь в будущее. Остальные страны двигаются уже по проложенному лидерами пути с той или иной степенью успешности. Среди наиболее успешно развивающихся стран в настоящее время можно выделить Китай и другие страны Юго-Восточной Азии, темпы развития которых достигают 10 % в год. Средние же темпы развития наиболее успешных стран Запада за последние 15 лет были на уровне 3-4 % в год, что порождает разговоры о возможности скорой смены лидеров, о скором экономическом крахе Запада, etc. Однако обратим внимание на то, что подобная ситуация уже была. Опыт СССР и Японии показывает, что темпы роста на уровне 10 % в год возможны лишь на стадии догоняющего развития, и по мере сокращения отставания от лидеров закономерно происходит снижение данного параметра вплоть до впадания общества в стагнацию. При этом на этапе стагнации СССР потерпел крах, а Япония стагнировала все 90-е годы, и только в 00-х, чуток отстав от лидеров, начала понемногу вновь наращивать свою экономику.

 

Анализ приведенных в предыдущем абзаце данных показывает, что при хорошем уровне управления дел в стране стоимость ее социально-технологического лидерства (или – стоимость существования ее цикла производства инноваций) составляет минус 7 % к росту экономики. И в принципе понятно, куда уходят эти ресурсы. Ведь при штурме неизвестности из большого количества попыток создания новых продуктов до стадии реально покупаемого продукта доходят лишь единицы. Другими словами, имеем пирамиду – для обеспечения заданного притока инноваций необходимо поддерживать значительно большее количество разработок новых идей, большинство из которых не даст никакой отдачи. Эти, якобы напрасно затрачиваемые ресурсы, и являются платой за лидерство, на чем при хорошей организации дела обычно экономят догоняющие страны, уже имеющие возможность сконцентрироваться на копировании лишь хорошо апробированных практикой вариантов.

 

Однако при отсутствии способности генерить инновации страна обречена вечно плестись в хвосте за лидерами, ведь следующую максиму, увы, никто пока еще не отменил: «Для того, чтобы стать лидером, ты должен выйти из-за спины других и подставить свою грудь ветру».

 

3. Подсистемы развития общества Поздней Современности

При любом типе избранного развития для того, чтобы оставаться в Современности, общество обречено уметь перерабатывать новизну по меньшей мере в виде поступающих ему новых вызовов. Рассмотрим далее самые общие структурные моменты, порождаемые подобным требованием к социальной системе.

 

Одним из важнейших требований при адаптации социальной системы к новым вызовам является сохранение целостности общества, его «самости». Данная целостность обеспечивается прежде всего ценностным ядром социального организма, его сакральной системой, его «богами» [9]. Контроль над своим пантеоном богов является важной составляющей суверенитета общества в его современном понимании, поэтому современному обществу необходима подсистема, которая следила бы за состоянием его богов, и контролировала бы актуализацию общественного пантеона по мере необходимости. Назовем такую подсистему стратегической подсистемой общества [10].

 

Другой частью «самости» общества являются принципы организации  повседневных социальных рутин, в которых «крутятся» многочисленные простые члены социума. Как уже отмечалось выше, переход к Современности сопровождался глубокой трансформацией всех общественных структур и институтов в плане их рационализации в целях всемерного повышения общественного блага. Для обеспечения  максимального удовлетворение потребностей своих членов, развитые современные общества в массовой своей части пришли к состоянию, когда составляющие их индивиды ставят себе цели из уже известного, согласованного и утвержденного в обществе списка, для достижения этих целей они используют методы из уже известного, согласованного и утвержденного в обществе списка, и данные списки допустимых целей и методов достаточно обширны, так что подавляющее большинство населения практически не испытывает никакого дискомфорта от отсутствия в них чего-то для них необходимого. При этом также существуют механизмы страховки людей от наиболее болезненных жизненных неприятностей.

 

Назовем общественную подсистему, обеспечивающую такую предельную рационализацию бытия человека «матрицей» (по мотивам известного фильма, который дал соответствующий сильный образ). Социальная матрица современного развитого общества по сути своей является набором рутин, которые спроектированы так, чтобы в максимальной степени обеспечить удовлетворенность людей своей жизнью. Для этого, в частности, в матрице предусмотрены механизмы, дающие некоторый контроль над формированием потребностей и желаний людей. И именно данные механизмы не нравится критикам современного общественного устройства западных стран, которые видят в них покушение на свободу людей.

 

Изменение матрицы в целях снятия социальных напряжений из-за накопившихся вызовов, спроектированное стратегической подсистемой так, чтобы не задеть особо актуальных общественных богов, требует адекватного агента по своей реализации. Приходим к необходимости существования еще одной подсистемы современного общества – подсистемы реализации социальных проектов. Здесь следует заметить, что проектной подсистеме в ее работе может потребоваться выход за пределы существующих рутин, поэтому проектная подсистема не может быть целиком погружена в матрицу общества.

 

Еще один интересный пласт в понимании необходимостей современного общества поднимается в том случае, если обратить внимание на факт, что снятие напряжений в матрице, ее перестройка, – это  всегда нарушение привычных до того социальных норм, выход за установленные ранее и «вбитые» в сознание людей пределы. Другими словами – это есть какой-то вид коллективной трансгрессии. В «запущенном» состоянии подобное снятие напряжений может затронуть огромное количество людей, что обычно сопровождается резким возрастанием социально-политической активности населения, его солидарными действиями против тех сил «зла», которые связались в общественном сознании с причинами данных напряжений. Эйфория от соучастия в такой совместной активности остается в памяти людей надолго после того, как соответствующие социальные действия были завершены, придавая эмпатию тому, что зовется словами «гражданское общество»: « … Коли так, то гражданское общество оказывается не постоянным структурным компонентом современного общества, а возникающей и исчезающей характеристикой способа его деятельного самопреобразования (изменения некоторых институтов, процедур, норм, существенных на определённой стадии его развития). «Гражданское общество» может возникать для решения проблем, с которыми современное общество сталкивается. Но может и не возникнуть, даже когда нужда в нём велика. Или не суметь решить задачи, вызвавшие его к жизни. Словом, «гражданское общество» есть возможная практика современного мира, а не его «признак» и тем менее – гарантированный атрибут. // … в условиях современности практика, называемая «гражданским обществом», осуществлялась в самых разных организационных формах, зависящих от обстоятельств «места и времени», — от городских собраний периода Американской революции, воспетых Ханной Арендт, до гандистского движения сатьяграхи, «народных фронтов» Центральной и Восточной Еропы, участвовавших в демонтаже коммунизма, и движения анти- или альтерглобализма. Нет и не может быть единого организационного шаблона, по которому строится «правильное» гражданское общество.» [11]

 

Идея предыдущего параграфа может быть переформулирована следующим образом. При недоработке стратегической подсистемы в общественной матрице могут возникнуть сильные напряжения, которые порождают резкое возрастание социальной активности людей, и через это – спонтанную трансформацию матрицы. При этом «течение» матрицы, снимающее возникшие социальные напряжения, не обязательно будет реализовываться через революцию – матрица вполне может и в этом случае быть трансформирована в рамках текущей власти, для чего, конечно же, к процессу общественных изменений с необходимостью должна будет все равно подключиться стратегическая подсистема, пусть даже существенно обновленная властями.

 

Таким образом получается, что гражданское общество либо дополняет стратегическую подсистему, либо является ее частью. В любом случае – это хороший индикатор для социальных «стратегов», поэтому эффективные «стратеги» будут поддерживать в обществе россыпь «зародышей» потенциальных структур гражданского общества с тем, чтобы отслеживать их активность, и предпринимать адекватные меры при возрастании «температуры». В стабильных же условиях повседневности активность гражданского общества затухает вплоть до «абсолютного нуля» и отмирания соответствующих структур, чего «умная» стратегическая подсистема старается не допустить. Отсюда – и ажиотаж вокруг гражданского общества в развитых странах, поддерживаемый памятью эйфории от тех кратких периодов социальной активности в моменты деформации общественной матрицы, которые случались при неэффективной работе социальных «стратегов».

 

И еще. Приведенная выше схема «вызова к жизни» гражданского общества имеет хорошую аналогию с тем, как течет кристалл под действием сильных напряжений. Сам кристалл моделирует общественную матрицу. Поток дислокаций, снимающий внутренние напряжения в кристалле, играет роль общественной активности гражданского общества, чьи структурные «зародыши» идентифицируются в виде различных дефектов кристалла, поскольку обычно именно на дефектах кристаллического тела генерятся потоки дислокаций при росте напряжений в кристалле выше определенной критической величины. Что и порождает его пластическую деформацию без образования трещин.

 

Важной частью социальных трендов Поздней Современности является тенденция к минимизации общественного насилия. Именно желание убрать насилие из жизни людей привело к созданию социальных технологий, основанных на широком социальном консенсусе, которые и были положены в основания дизайна общественной матрицы. Использование же данных консенсусных технологий для организации социального пространства в свою очередь еще более позволяет минимизировать насилие в социальной практике общества. Так закольцовывается логика социальных преобразований, доминирующая в настоящее время в Европейском Сообществе.

 

Заметим, что развитое в настоящем разделе представление позволяет вычленить из реальности то основное качество, которое делает современное общество открытым в смысле К. Поппера [12]. Данное качество связано с наличием в обществе адекватно функционирующих подсистем развития.

 

4. Принципы функционирования стратегической подсистемы общества

Систематизируем выявленные нами выше необходимые функции, которые должна адекватно отрабатывать стратегическая подсистема любой социальной структуры. Получим следующий список:

  • Мониторинг вызовов: изучение напряжений в обществе, изучение ресурсных и символьно-ценностных ограничений для поставленных целей, изучение новшеств у соседей; формирование списка актуальных текущих вызовов;
  • Мониторинг потребностей: изучение стилей жизни разных страт общества, точек дискомфорта людей, точек их напряжения, поиск вновь открывающихся возможностей; формирование списков возможностей для новых продуктов, услуг и действий;
  • Оценка вызовов / возможностей: регулярная проработка списка вызовов / возможностей, выработка способов адекватной реакции, первичная проработка способов по затратам и достижениям, группировка близких способов по принципам общности и взаимодополнительности в заготовки для проектов;
  • Оценка проектов и назначение их к исполнению;
  • Мониторинг проектов, корректировка/перепланировка проектов в случае необходимости.

Ранее уже было отмечено, что для грамотной отработки перечисленных функций стратегической подсистеме отнюдь не помешает такое свойство, как интеллектуальная чувствительность. Данное свойство позволит ей заметить социальные напряжения на ранней стадии их формирования, и начать своевременно их обрабатывать, получив в свое распоряжение такой ресурс, как время. Как было отмечено в предыдущем разделе, поддержание в обществе россыпи «зародышей» гражданского общества может существенно облегчить задачу мониторинга социальных напряжений.

 

Следующий момент связан с умением обрабатывать вызовы. С одной стороны здесь играет свою роль интеллектуальное творчество, однако сюда могут внести существенный вклад и различного рода методические находки (примером такого творческого методического комплекса может например служить ТРИЗ [13]). В целом на данном этапе обработки вызова / возможности определяется лишь гипотетический вариант реакции подконтрольной социальной системы, причем часто и не один. Все варианты реакции в плане своей дальнейшей проработки требуют заинтересованного обсуждения, критики. Так приходим к необходимости существования коммуникационного пространства, участники которого были бы способны перейти в отличное от своего собственного смысловое поле с тем, чтобы вложиться в процесс обработки вызова / возможности с помощью своей заинтересованной в успехе дела критики рассматриваемых вариантов возможного действия. Тут наряду с интеллектуальной свободой проявляется еще и установка на понимание другого, что нетривиально из-за множественности и обычной несводимости друг к другу смысловых полей, в которых обычно существуют интеллектуалы [14].

 

5. Заключение.

Таким образом получается, что для перехода к эффективному развитию российского общества здесь необходимо создание среды, которая была бы толерантна к новому, поощряла бы интеллектуальную чувствительность, интеллектуальное творчество, интеллектуальную мощь – без чего невозможны переходы между разными смысловыми полями. И наблюдаемый разрыв между этими требованиями к интеллектуальной среде общества и текущей ситуацией в России, где доминирует догматичное талмудическое мышление, склонное к истерикам и насилию, – это тот самый разрыв, который можно было бы уже вполне воспринять как вызов, и запустить в соответствующую интеллектуальную проработку.

 

Ссылки и комментарии:

 

[1] Проблематика Современности обсуждалась в частности в книгах: Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. М.:«Весь Мир», 2003. 410с.; Капустин Б. Г. Современность как предмет политической теории.- М.: РОССПЭН, 1998. 308с.; Touraine A. Critique de la modernit?. P.: Fayard, 1992. 463p. 

[2] Крупкин П.Л. Современность: Демографический вызов. // Стратегии России в историческом и мировом пространствах. Материалы Всероссийской научной конференции (Москва, 5 июня 2009 г.). М.: Научный эксперт, 2009. 872 с. С.215-221.

[3] Под рациональным обсуждением ситуации / вопроса я понимаю принятие во внимание всех релевантных ситуации / вопросу аргументов при условии, что каждый такой аргумент также может быть подвергнут рациональному обсуждению.

[4] Данный термин был предложен Э. Гидденсом – см., например, Фурс В.Н. «Критическая теория позднего модерна» Энтони Гидденса. URL: http://www.i-u.ru/biblio/archive/furs_critical_pheory/ (Дата обращения: 02.01.2010). Для данного времени иногда используются и другие названия – Другой Модерн (У. Бек), Текучий Модерн (З. Бауман – Бауман З. Текучая современность. СПб: Питер, 2008. 240с.), или Постмодерн (Ж.-Ф. Лиотар – Лиотар Ж.-Ф. Состояние постмодерна. URL: http://lib.ru/CULTURE/LIOTAR/liotar.txt (Дата обращения: 02.01.2010)).

[5] Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. М.:«Весь Мир», 2003. 410с. С.23.

[6] Капустин Б. Г. Современность как предмет политической теории.- М.: РОССПЭН, 1998. 308с.

[7] Межуев В.М. Ценности современности в контексте модернизации и глобализации. // Электронный журнал “Знание. Понимание. Умение”. 2009. №1 – Философия. Политология. URL: http://www.zpu-journal.ru/e-zpu/2009/1/Mezhuev/ (Дата обращения: 02.01.2010).

[8] Шумпетер Й. Теория экономического развития (исследование предпринимательства, прибыли, капитала, кредита, процента и цикла конъюнктуры). М.: Прогресс, 1982. 455с.; Крупкин П.Л. Россия: предпринимательство и развитие страны. // Политический класс. 2008. №12 (48). С.61-70.

[9] Я буду называть «богами» сообщества его наиболее важные символы, его ценностное ядро, его культурный костяк – все то, что вызывает у членов данного сообщества эмоцию (священного) негодования случаями пренебрежительного отношения.

[10] Интересно отметить, что у российских властей есть понимание важности описанной здесь стратегической подсистемы для современного общества, чью роль в Российской Фелерации в настоящее время играет Администрация Президента. Вот, например, одно из высказываний заместителя  руководителя АП В.Ю. Суркова по данному вопросу: «Я вообще считаю, что: вопросы смыслообразования, вопросы терминов, вопросы производства образов, – это признак действующей нации, признак актора истории. Если народ не производит сам образы и смыслы, если он не посылает сообщения другим народам, то он в политическом и культурном смысле не существует.» – Цитата из выступления на круглом столе “Суверенное государство в условиях глобализации: демократия и национальная идентичность”, 30.08.2006. URL: http://old.edinros.ru/news.html?id=115114 (Дата обращения: 02.02.2010).

[11] Капустин Б.Г. Что такое “гражданское общество”? // ЦПФ (Сетевой ресурс), 18.02.2009. URL: http://www.politphilosophy.ru/m/275 (Дата обращения: 02.01.2010).

[12] Поппер К.  Открытое общество и его враги. М.: Культурная инициатива, 1992. Т.1: Чары Платона. 448с. Т.2: Время лжепророков: Гегель, Маркс и другие оракулы. 528с.

[13] Теория решения изобретательских задач, см., например, основополагающую статью: (Альтшуллер Г.С., Шапиро Р.Б. О психологии изобретательского творчества. // Вопросы психологии. 1956. №6. С. 37-49. URL: http://www.altshuller.ru/triz0.asp (Дата обращения: 02.01.2010)).

[14] Крупкин П.Л. Что же все-таки нам надо? // Русский журнал (Сетевой ресурс), 11.06.2009. URL:  http://russ.ru/pole/CHto-zhe-vse-taki-nam-nado (Дата обращения: 02.01.2010).

 

(Автор: Крупкин П.Л.)

Опубликовано: ИНИОН РАН: Россия: ключевые проблемы и решения (Сетевой ресурс), 19.04.2010. URL: http://www.rkpr.inion.ru/files/download/100014725/100014725.doc?1271700396360.


Оставить комментарий:

Captcha

Ваше имя:
E-mail: